Она сообразила, что попала в словесную ловушку мужа, но пока не поняла в какую.

– Вот именно! Ее могут убить не сразу. Дочь на бесчестье обрекаешь?

– Господи, да что ты такое говоришь! Как ты мог подумать такое! – всплеснула руками женщина.

– Пап, это удар ниже пояса, – вступилась за мать Ксения.

– А как иначе? Она должна понять: мир изменился безвозвратно. Никто нам не поможет, кроме нас самих! – Отец снова хлопнул ладонью по столешнице.

– А военные, омоновцы, наконец? Я видела, они патрулируют улицы. От мародеров охраняют, – не сдавала позиции Валентина Николаевна.

– Это ненадолго, мама, – произнес Александр. – Вы в основном сидите дома, а мы с народом общаемся. По городу бродят слухи. Никто не знает, что будет дальше, что делать. Не нужно большого ума, чтобы понять – сотрудники МВД уже делят с военными сферы влияния. Вэвэшники взяли под контроль одни склады и магазины, омоновцы и милиция – другие. Уверен, скоро появятся мелкие и крупные банды, и тогда начнется война за остатки роскоши. Это необязательно случится, может, они договорятся между собой и у нас появится одна общая власть, способная навести порядок, обеспечить и накормить такое количество народа.

Только я не думаю о благоприятном решении проблемы. Скорее, будет наоборот. Во времена хаоса шкурные интересы властей предержащих не совпадают с интересами простых людей.

– Во загнул, как по писаному… «Властей предержащих», – передразнил Фикса.

– Лучше помолчи, раз умные мысли в голову не вмещаются, – окоротил Николая глава семьи.

– А хоть и по писаному – от этого предположение неверным не становится. Если я окажусь прав, то скоро и нас делить начнут.

– Мыто тут при чем? – удивленно спросила Ксения.

– А как ты думаешь, кто будет на новых князьков пахать, сеять, жрать готовить, стирать и в постели ублажать? – вопросом на вопрос ответил Александр.

– Вы все рехнулись! – раздраженно воскликнула Валентина Николаевна.

– Предпочитаю перебдеть, чем недобдеть. В любом случае от грабителей защищаться чемто надо, – сказал Бермладший. Он на секунду задумался, решая, поведать родителям о произошедшем с ними сегодня или нет. Недавно сам просил ребят молчать о неприятной и опасной встрече с бандитами, но раз мать уперлась, то лучше ее дожать.

А то она может спорить часами, отстаивая собственную точку зрения. Взвесив все «за» и «против», Александр решился:

– Есть еще одно, что вы должны знать. – Он поймал осуждающий взгляд Ксении, но не остановился. В подробностях, не утаивая ничего, рассказал об инциденте, единственное, о чем умолчал, – о проделках Гвоздя и Фиксы до катастрофы. Незачем им пока знать, всему свое время.

Сказать, что родители были шокированы, услышав откровения сына, – значит не сказать ничего.