Не для того Дефоу строили империю, чтобы чудом взошедшая на престол девчонка всё испортила. Союз с югом и правда мог помочь. На территории Эйхана вряд ли развернутся сражения, а значит государство сумеет поддержать армию провизией.

— Что же, если выход только такой, то я согласна. Это меньшая из жертв, что я могу принести. Отправьте письмо в Эйхан и оповестите о моём прибытии. Раз в запасе есть время, воспользуемся им.

— Я поеду с тобой, — подал голос Леос, по чьему тону Хаара не могла понять, обеспокоен ли он.

— Нет. Это моя миссия, я справлюсь с ней без вас.

Нужно укреплять позиции столицы, заниматься сбором армии. А ты, — обратилась она к Леоссару, — отправишься за костьми аэлудов. Всё уже готово к отъезду, Егель сформировал отряд, вам выдадут лошадей.

— Не возражай. Это приказ. Лучше потерпеть неудачу при попытке, чем сидеть сложа руки. Я знаю, тебе тяжело, но нам всем не лучше. Нет другой возможности выжить.

На лице мага отобразилось несогласие, но он промолчал. Хизер встала.

— Ты не можешь поехать одна, — возразил Карлайл.

— Я возьму с собой стражу и лорда Н’Гора.

— Того странного типа? — удивился маг.

 — Ты ему доверяешь?

— Я никому не доверяю. Но иного выхода нет. 

Глава 61 Под призрачной надеждой

В полумраке трясущейся повозки Гелата напоминала призрака. Белое уныло-обречённое лицо, ничего не выражающий взгляд, направленный в пустоту. Одно лишь отрывистое дыхание, да временами вырывающийся кашель служили признаками теплящейся в теле жизни.

Микаэль, оставивший попытки выяснить подробности событий, в которые оказался втянут, смотрел на свои скованные руки. Несколько раз ему приснилось, будто в теле пробудилась сила, он сломал железо и смог сбежать от врагов, однако на деле всё оставалось по-прежнему.

Он был жалким мальчишкой и разделял участь своей не менее жалкой матери.

Иногда Гелата теряла чувство реальности. В трепещущей слёзной пелене она рассматривала жуткие образы: храм трёхликого, умирающих овец, хохочущую красноголовую девушку, вскрытые тела. Мелькало всё то, что она уже видела раньше, однако, как Гелата ни пыталась, увидеть причину падения Энэйн ей не удавалось. Быть может, сущность намеренно укрывала эту информацию. Не хотела, чтобы такое повторилось.

И оттого Гелате лишь сильнее хотелось знать.

В ней будто что-то сломалось. Рухнули воздушные замки, реальность дыхнула в лицо, и когда Гелата открыла глаза, то увидела перед собой смерть. Больше незачем было притворяться, лгать себе о том, что всё закончится благополучно. Боль пронзала каждую клеточку тела, вгрызалась в рассудок. Девушка понимала, что жива лишь потому, что Энэйн до сих пор находится в ней, лечит это несчастное затасканное тело, чтобы не оказаться в ловушке мертвеца.