А как можно еще подумать? Вот вам пример, как поступить с Сименсом. Можно махнуть рукой, закатив глаза, произнести магические слова, мол, кот… все заживет и т. д. А можно вызвать ветеринара, дать коту обезболивающее, поухаживать за ним. Да просто проявить человечность, заботу – это часто действует даже эффективнее, чем все перевязки и лекарства.

– Как там наш «тигр»? – спросила вечером Пальма.

– Пока спит, – ответил я. – А ты видела, как он выскочил на улицу?

– Видела, – ответила Пальма.

– Не могла остановить?

– Да кто ж его остановит? – воскликнула Пальма. – Он в день по сто раз под ворота ныряет. И каждый раз я ему говорю: «Симка, да поосторожнее, что же ты как оголтелый туда выскакиваешь?» Думаешь, послушался? Он там вечно кого-то ловит – то мышей, то бабочек, то птичек.

– Вот и доловился! – грустно ответил я.

– Надеюсь, все будет хорошо! Не грусти, Трисон.

– Хочется верить, – вздохнул я. – Вроде и ссорились, а больно на сердце.

– Привет ему передавай, как проснется, – сказала Пальма. – Приходите вместе, посидим, поболтаем о жизни…

Два дня кот приходил в себя. На третьи сутки очнулся. Открыл глаза наполовину и посмотрел на меня так грустно-грустно.

– Здравствуй, Сима, – говорю я ему. – Как ты себя чувствуешь?

Кот слегка приподнял голову, кивнул мне в ответ, ничего не сказал и, уложив поудобнее голову на лапу, снова уснул.

И то хорошо. Если глаза открывает, это уже неплохо. А уснул скорее всего потому, что напичкали его лекарствами. На мне тоже делали такие эксперименты, когда я навернулся с лестницы. Между прочим, Симкину соплеменницу тогда спасал. Помню-помню, спал как убитый.

Первый разговор с котом у нас состоялся лишь на следующий день. Я дремал рядом с ним, как вдруг слышу: заговорил Симка.

– Здоров, собака! – сказал он и муркнул.

– Ну наконец-то, – вскочил я и радостно авкнул: – Ожил?

– Ты не знаешь, что это было? – спросил кот. – Ничего не помню…

– Знаю, – грустно ответил я. – Под мотоцикл ты попал. У Максима видеозапись сохранилась, где ты с техникой в скорости решил посостязаться. Ты зачем это сделал?

– Что именно? – удивленно спросил Сименс.

– Ну, перед самым мотоциклом начал перебегать дорогу? – пояснил я.

– А-а-а-а! Вспомнил, – вдруг мяукнул кот. – Точно, вспомнил. Там, в кустах, на той стороне дороги мышь спряталась, ну, я за ней…

– Дурачок ты, Симка! Ну какая мышь? Ты что? Посмотри теперь на себя. Встать-то хоть сможешь?

– Нет, – ответил Сименс, – не получается. Больно очень.

– Вот видишь, – лизнул я его в нос.

Через недельку Симка поднялся и кое-как стал передвигаться. Анна Михайловна возилась с ним, как с малым ребенком.

– Видишь, как тебя тут любят? – говорю я ему. – Другие уже б давно сдали в приют или и того хуже…

– Согласен, – промурчал кот.