Может быть, она вела тайную жизнь, которую скрывала от мужа?

– Почему каждый непременно должен вести тайную жизнь? Разве не бывает честных, прямодушных и достойных людей?

Уна бросила на Джона вопросительный взгляд:

– Хотела бы я знать, что думаете по этому поводу вы…

– Что думаю я? – спросил Дэвисон насмешливым тоном.

По мнению Уны, так говорят, когда хотят что-то скрыть.

– Я имею в виду вашу работу со всеми ее особенностями – ложью, хитростью, обманом и секретностью.

– Ах, работу! – Дэвисон махнул рукой. – Я уж подумал, что вы подразумеваете нечто совсем другое.

– Нет, – сказала Уна. – О другом я не стала бы говорить. Так все-таки – есть у вас связи с Лондонским управлением почт и телеграфов?

– Разумеется, есть. Но я не уверен, что они могут оказаться полезными для вас.

– Я тоже не уверена, – ответила она. – В том-то и проблема. Я не знаю, что делать дальше. Есть несколько возможных вариантов. Завтра, как я сказала, еду в Рикмансворт. А что потом? Полиция не проявляет желания помогать мне, повторные посещения домов мисс Нил и полковника Кристи исключены.

– Я наведу справки в почтовом управлении насчет этого письма. Несомненно, там могут сказать, когда оно было франкировано, это не секретная информация.

– Надеюсь, это что-то даст.

– Но, естественно, никому не известно, кто отправил письмо – сама миссис Кристи или ее тайный друг, порожденный вашим извращенным воображением.

– Говоря о тайных друзьях…

– Всё, достаточно! – Дэвисон поднял руку, и его глаза насмешливо блеснули. Было ясно, что исповедь Уны, касающаяся ее нешаблонных методов расследования, не испортила их отношений.

 – Я же говорил вам, что не стоит затрагивать этот вопрос. Неудивительно, что вас потянуло в журналистику. У вас такой ум… нет, это сравнение нельзя озвучить в приличном обществе.

Оба расхохотались, причем так громко, что даже тонкое стекло любимой люстры Дэвисона в стиле Наполеона III одобрительно задребезжало.

За последние сутки команда Управления полиции Суррея сделала много интересных находок. Двое мальчишек нашли в кустах недалеко от брошенной машины жестянку из-под консервов, в которой находилась странная записка: «Спроси Кендла Ланша.

Он знает о Тихом пруде больше, чем…» Подчиненные Кенварда просмотрели все местные адресные книги, но человека с таким именем в ближайших населенных пунктах там не числилось. Кенвард дал записку на экспертизу полицейскому Хьюзу, который славился как заядлый любитель кроссвордов. Может, это какая-нибудь анаграмма?

Просидев часа два над запиской, Хьюз выдвинул навскидку ряд предположений, но Кенвард в конце концов решил, что это всего лишь дурацкий розыгрыш.