На это уйдет минуть десять, максимум пятнадцать…

Эндрю взглянул на часы.

— Замечательно. Я смогу отчалить до заката.

Механик вернулся к двигателю и грязной, промасленной тряпицей принялся вытирать машинное масло, которое накапало в топливопровод.

Нэшорн, подойдя к холодильнику, вытащил оттуда две бутылки пива.

— Еще не знаю… ничего не планировал… хочу поймать ветер… Как насчет пива?

— Нет. Спасибо. Я напиваюсь только по выходным.

Нэшорн открутил пробку, сделал глоток, а другую бутылку сунул обратно в холодильник.

— Я себе другого отдыха просто не позволяю.

Две недели подальше от всех.

— И теперь не можете дождаться отплытия. Прекрасно вас понимаю. У меня настоящего отдыха не было… — Механик задумался, а затем грустно рассмеялся. — Уже и не вспомню, когда я в последний раз отдыхал…

— Вот видите! Я сейчас места себе не нахожу. Эти две недели — мои, и только мои!

— Черт! — отпрянув, воскликнул механик.

Какая-то жидкость брызнула из мотора на доски настила.

— Что такое? — спросил Нэшорн.

На его лице читалась тревога.

— Отсоединился топливопровод высокого давления.

Механик оглянулся, словно что-то искал.

— Мне нужен хомут. Пожалуйста, подержите этот шланг вот так, а я принесу…

Отставив бутылку с пивом, Нэшорн взял в руку шланг и замер, придерживая его так, как показал ему механик.

— Не отпускайте. Я сейчас вернусь.

Нэшорн крепко прижимал палец. Его внимание было полностью сосредоточено на тонкой резиновой трубке. Он слышал, как механик гремит железками в своей сумке.

— Это не помешает починить двигатель?

— Мне хотелось бы отплыть до заката.

Тишина. Звяканье позади стихло.

Нэшорн неуклюже повернулся.

Механик взмахнул над головой раздвижным гаечным ключом так, словно это была бейсбольная бита.

Для Нэшорна время потекло неестественно медленно. Гаечный ключ с ужасающим треском обрушился на него. Челюсть раздробило в одном… двух… трех местах. Кожа рвалась на куски, обнажая на подбородке кровоточащие кости. Кровь жирными брызгами полетела во все стороны. Механик выбил Эндрю Нэшорну три зуба, и те отлетели, ударившись о деревянную перегородку. Большой осколок кости из раздробленной челюсти воткнулся в десну в том месте, где мгновение назад был коренной зуб. Кончик осколка коснулся нервного окончания выбитого зуба. От боли у Нэшорна потемнело в глазах. Удар был настолько сильным, что Эндрю отбросило назад. Спиной он ударился о двигатель, головой — о деревянную панель над ним.

Перед глазами у Нэшорна все поплыло. Кровь заполнила ему рот и потекла в горло, мешая дышать. Нэшорн попытался что-то сказать, но изо рта у него вырвался жалкий, булькающий звук. За миг до того, как потерять сознание, Нэшорн увидел механика, застывшего над ним с разводным ключом в руке.