— Что случилось? Что все это значит?

Роберт Хантер перевел взгляд на двух полицейских, которые стояли возле лестницы и внимательно вслушивались в разговор. Оба поняли намек и направились к выходу. Детектив снова полностью сосредоточил внимание на женщине.

— Болезнь вашего отца тут ни при чем. — Он сделал паузу, чтобы дать собеседнице время до конца понять смысл сказанного. — Его убили.

— Что? Но это… нелепо…

— Пожалуйста, присядьте, — попытался настоять на своем Хантер.

Слезы вновь побежали у Оливии из глаз. Женщина наконец сдалась и позволила детективу проводить ее в гостиную. Хантеру совсем не хотелось вести ее в ту же комнату, где сейчас страдала молоденькая сиделка.

Оливия уселась в светло-коричневое кресло у окна. Детектив расположился напротив на диване.

— Налить вам воды? — предложил он.

Хантер подождал у двери, пока полицейский сбегал за двумя стаканами воды. Один стакан детектив протянул Оливии. Женщина пила воду большими глотками.

Снова сев на диван, Хантер спокойным тоном сообщил, что ночью некто проник в дом и добрался до постели мистера Николсона.

Оливия, дрожа всем телом и плача, засы́пала детектива вопросами, что, впрочем, было неудивительно.

— Мы не знаем, за что убили вашего отца. Нам неизвестно, как преступник проник в дом. На данный момент у нас самих много вопросов и ни единого ответа на них. Но мы приложим максимум усилий, чтобы во всем разобраться.

— Иными словами, вы понятия не имеете, что здесь произошло! — возмущенно воскликнула Оливия.

Детектив Хантер хранил молчание.

Женщина вскочила на ноги и принялась взволнованно ходить по комнате.

— Я не понимаю. Кому понадобилось убивать моего отца? У него и так был рак… Он… умирал…

Оливия расплакалась.

Он взглянул на женщину.

— Надо подождать заключения патологоанатома.

— Так почему вы решили, что папу убили? Его застрелили, закололи или задушили?

Женщина растерялась.

— Тогда как вы можете быть уверены в этом?

Поднявшись с дивана, Хантер подошел к ней.

— Мы в этом уверены.

Оливия посмотрела в сторону лестницы.

— Я хочу подняться наверх, к нему.

Хантер мягко положил руку на ее левое плечо.

— Поверьте мне на слово, мисс Николсон, войдя в эту комнату, вы не найдете ни единого ответа на ваши вопросы. Наоборот, вам будет очень плохо.

— Почему? Я хочу знать, как умер мой папа. Вы чего-то недоговариваете?

Хантер с минуту поколебался, но затем решил, что дочь покойного имеет право знать о том, что произошло на самом деле.

— Его тело расчленили.

— Господи! — Женщина всплеснула руками и зажала себе рот.

— Я знаю, что вы с сестрой были здесь вчера вечером. Вы вместе поужинали. Так ведь?

Тело Оливии била нервная дрожь. Она едва смогла кивнуть головой.