Мгновенье — и все тормоза сорваны. Он жадно припадает к моим губам, целуя отчаянно и страстно.

Одной рукой сдавливая мои руки за спиной, а второй сжимая грудь и сворачивая сосок.

Коленки подкашиваются, и в доли секунды я теряю опору, но он успевает схватить меня за талию и удержать от падения. Он подталкивает меня назад до тех пор, пока я не упираюсь в стену, а после осторожно поднимает за остатки блузки мои руки вверх, немного причиняя дискомфорт, цепляет их за что-то, заставляя меня встать чуть ли не на носочки перед ним.

Подняв взгляд, я вижу выступы для верхней одежды, которые он теперь использует как сдерживающий меня механизм. Стою перед ним полуобнаженная, с поднятыми и закрепленными руками. Стыдливо, не зная, куда, спрятать глаза. А сама так и жду продолжения.

— Да, — довольно произносит он, а после резким движением стягивает мою юбку, оставляя меня в одних трусиках. Его взгляд наливается темнотой, мне страшно от того, какие у него сейчас мысли, но это что-то запредельное.

— Тебя уволили? — подруга Люба ошарашена этим известием, что уж говорить обо мне. Я убита. — Слушай, может, Роме сказать? Я уверена, у него есть связи в…

— Нет, Люб, не смей! — эмоционально произношу, стараясь пресечь идею подруги. — Ни в коем случае. Я сама решу этот вопрос. Если ты будешь все мои неприятности сводить к просьбе о помощи у Ромы, я просто перестану с тобой делиться, — заявляю категорично.

— Ладно, все. Алинка, ты же знаешь, я хотела как лучше, и даже мыслей не было… — замолкает, а после, шумно выдохнув, продолжает: — Я люблю тебя и хочу, чтобы у тебя все было хорошо.

— Давай закончим о грустном, я высказалась — мне полегчало. Теперь поговорим о приятном. Расскажи, как дела у Илюшки, хочется ему в школу? Что говорит?

— Ой, как всегда, — вздыхает Люба устало, — я уже устала спорить с Русланом Рамазановичем, да и с самим Ромой тоже. Оба хотят Илюшу отправить в Англию, вот уже с первого класса, понимаешь! А я не хочу отпускать от себя. Итак, пока он рос, училась, толком не была с ребенком. Обе бабушки помогали, как нянечки за ним. А теперь что? Разлучатся надолго? А если уеду с ним, как оставлю Рому тут? Нет! Это не вариант. Семья должна быть вместе!

— Правильно! Топи за свое, подруга. Семья всегда должна быть вместе! — почему-то последние слова у меня выходят печальными, и, осознав это, спешу закончить разговор с Любой, чтобы она не подумала, что что-то не так и это из-за ее мужа.

Я действительно очень расстроена. Только меня сделали ведущей, перестала мотаться по городу в поисках репортажа, и вот опять рухнула на дно. Да еще и мамину пекарню прикрыли, на время расследования.

И что теперь делать мне? Придется начать по новой или же выиграть дело в суде, но надо доказать, что вина не наша, а завода, поставляющего нам сыр.