Сергей Львович обозвал меня занудой, мы пешочком вернулись к офису и предусмотрительно укрылись под козырьком ближайшего подъезда. Кроме козырька, была еще кирпичная стена, на которой он держался, как раз со стороны офиса. Погода в тот вечер особо не радовала. Как это обычно бывает весной, на смену раннему теплу пришел холод. Сунув руки в карманы пальто, а нос в шарф, я думала, что температура стремительно падает и, скорее всего, достигла нулевой отметки. Если нам придется здесь задержаться, я непременно превращусь в сосульку. Берсеньев обнял меня и привлек к себе, одет он был в полупальто и, наверное, тоже понемногу начинал клацать зубами.

– Сойдем за влюбленных, – весело сказал он, а я головой покачала:

– Сейчас нет дураков возле подъезда обниматься.

– Да, – покивал Берсеньев сокрушенно. – Романтизм уже не в моде. Трахаются, минуя стадию объятий.

Не успел он договорить, как к офису подкатил джип. Я не могла утверждать, что джип тот самый, встреченный мною и сестрицей на дороге, если уж номеров тогда не видела, но очень похож. Машина остановилась, однако никто из нее выходить не спешил. А вот дверь офиса открылась, я услышала женский голос, растерянный и взволнованный одновременно, а вслед за этим голос проповедника:

– Ты же слышала, что он сказал.

Значит, надо ехать.

Соблюдая осторожность, мы смогли увидеть, как парочка подошла к джипу, женщина села сзади, а мужчина впереди. Джип тут же сорвался с места, а я чертыхнулась, прикидывая расстояние до нашей машины.

– Не волнуйся, – сказал Берсеньев ускоряясь. – Мы их не потеряем.

В его способности я верила свято, но все равно переживала. Как выяснилось, не зря. Удача нам внезапно изменила.

Мы благополучно покинули двор, впереди на светофоре я увидела джип и вздохнула с облегчением, и тут Берсеньев вдруг засмеялся, стукнув ладонью по рулю.

– Ты чего? – удивилась я.

Красный сигнал светофора сменил зеленый, джип рванул вперед, а Берсеньев свернул направо.

– Мы же их потеряем, – заныла я.

– Я же тебе сказал, за нами «хвост». В лучшем случае мы будем долго кататься без всякого толка, в худшем – окажемся в ловушке.

С этим, конечно, не поспоришь. Надо полагать, отец Павел обратил внимание на мимику своей подчиненной, а также предположил, что мы захотим с ней встретиться, вот и не рискнул оставить ее без присмотра.

Заодно решил проверить, что мы за птицы… если только этим все и ограничится. Я вспомнила, что нам предстоит дорога затемно, и невольно поежилась, а потом с надеждой взглянула на Берсеньева.

– Как думаешь, куда они ее везут?

– Туда, где мы хотели бы оказаться, но при других обстоятельствах, – усмехнулся Сергей Львович. – Из их разговора следует, что некто срочно велел приезжать. Скорее всего, тот самый тип, которого мы ищем.