У одного эсминца был тяжёлый пульсирующий лазер в носовой части, остальные лупили множеством турелей. Щиты засияли сотнями мелких попаданий, и раз уж они пальнули первыми, мы в долгу не остались.

Я вывел на экране сбоку транслируемую телеметрию с крейсера, на которой красовалась одна жёлтая область, где я протаранил шлюз.

Двенадцать главных батарей, все «ионки», по шесть с каждого борта, снизу и сверху. Я специально уточнил у Харпера: они реально ограбили транспорт с комплектами для установки такого вооружения. На крейсере пушки были слабее, так что решили заменить все.

Тем более они могут отключить энергосистемы врага без фатального разрушения! И шесть штук запасных лежало на внутреннем складе!

Вторым рядом, ближе к центральной оси, вторичные калибры, всего шестнадцать турелей значительно меньше размером. Из них половина ионки (и к ним пять запасных на складе), четыре рельсы и четыре лазера.

Восемь третичных батарей: двухсотмиллиметровые пороховые пушки и двухсот пятидесяти миллиметровые реактивные миномёты. Скорость снаряда низкая, зато «бесплатные» по энергии. И при удачном попадании вполне могут нанести серьёзный урон.

И наконец тридцать две точки многоствольных ОТО всех типов: пулемёты, лазеры, рельсы.

Казалось бы, дохрена пушек, но даже главные калибры большими не назовёшь. На рейд-крейсеры как правильно ставят турели среднего размера, чтобы они эффективно поражали быстрые фрегаты и корветы, поскольку иного прикрытия может не быть. Как говорят флотские: тяжеловесов приходится «засыпать горохом». Ионки против линкора или тяжёлого крейсера будут не особо полезны сами по себе, особенно учитывая малую пробивную мощь.

Курсовое супер-орудие в эту модель попросту не поместилось, а значит в тяжеловесов нужно или загнать торпеду, или работать на обезоруживание. И, конечно, турелей гораздо больше, чем вывозят реакторы, установлены с заделом на их утрату в бою и для убойности залпа на конденсаторах.

Вооружение равномерно размазали по корпусу, чтобы почти одинаково эффективно воевать в любую сторону, при этом все главные и вторичные калибры могли стрелять прямо по курсу.

В ближайший эсминец отправилась лавина шаровых молний, разбавленная восемью лазерными лучами и очередями рейлганов.

Конденсаторы стремительно пустели, главный реактор и два суб-реактора вышли на предельную выработку.

— Орудия достают на излёте стабильности, — доложила Рей. — Враг идёт на сближение, выпускает москитку.

— Это надолго, — резюмировала Дарья. — Рей, зачем ты рассеиваешь огонь?

Пушки и правда били будто бы в режиме, при котором цель не сможет уклониться от всего залпа. Хотя те летели прямо на нас, порой шаровые молнии попадали по самому краю пузырей щита.

— Это точечный режим.