Я поправила шаль и придвинула ноги ближе к огню, бросив незаметный взгляд на мужа. Тот сидел в глубоком кресле, полностью погруженный в какой-то научный журнал, и я невольно улыбнулась. Кто бы мог подумать, что Рольф сможет так быстро поправиться? Да, пока он пользовался тростью, но если и дальше все пойдет так же хорошо, то совсем скоро она ему не понадобится.

Эх, если бы и с остальными задачами удалось разобраться так же быстро… Но нет.

Моя собственная магия снова была заперта кулоном. Рольф опасался, что кто-либо из посторонних сможет учуять след иномирной силы, и потому мы решили, что я буду снимать кулон только ночью или когда поблизости нет чужаков.

Со времени моего разговора с предками Стейна прошло почти две недели. И почти каждый день я начинала с того, что обходила замок и осматривала его магическим зрением в попытках найти кристалл. Но результатов не было. Наверное, потому, что я не понимала, где и что искать. А духовики наотрез отказывались мне помогать. «Не дело это, молоденькой хозяйке такими поисками заниматься, — непреклонно заявила тетушка Амброуз, а Олли поддакнул и сказал, что никто этот кристалл не видел, и вообще, его, скорее всего, и вовсе не существует. А все разговоры о нем — всего лишь старинная легенда. И нечего, дескать, время на всякие глупости тратить, когда можно вкусных лимонных кексов поесть.

Стейну я не стала рассказывать о своем общении с его предками. Кто знает, чем аукнется нарушение их запрета? Нет, я решила попробовать самостоятельно разобраться с просьбой духов, а уже потом все объяснить мужу.

А тем временем в нашей с ним жизни сложился определенный распорядок, который устраивал обоих, и мы даже успели обзавестись общими привычками. Так, нам нравилось завтракать в спальне, не спускаясь в столовую. Или гулять в парке, который раскинулся вокруг замка на несколько рье, и в своей западной части переходил в настоящий лес. Или выезжать в соседний Эгерт, отстоящий в пяти рье от Рендолла. А еще мы с мужем любили сидеть вечерами у камина в Малой гостиной и смотреть на огонь. Иногда я играла на рояле и пела для Стейна, а тот потом рассказывал интересные истории о своем родном крае и о живущих тут людях. Но чаще мы молчали, и это было очень уютное молчание, в котором безмолвно разговаривали души. И в такие моменты мне казалось, что я знаю Рольфа уже очень давно, и что нас связывает нечто большее, чем фиктивный брак. Да что там! Порой мне казалось, что наш брак — самый что ни на есть настоящий. И только ночи, долгие, странные, будоражащие, выбивались из этого мирного течения жизни. Мы с Рольфом оба понимали, что сейчас, когда он идет на поправку, нужно расходиться по разным спальням, чтобы избежать неизбежных проблем. Вот только ни он, ни я до сих пор так и не сказали об этом вслух.