Ежов обиженно засопел – он как раз намыливался усесться туда сам. Хоть раз в жизни посидеть за штурвалом настоящего самолета...

- Я четырнадцать лет прослужила в десантных войсках, - зачем-то стала рассказывать Джина, - и еще двенадцать летала на нашем «Вурдалаке». Но нигде и никогда еще не было такого, чтобы меня стошнило. Или... нет, один раз было – когда я делала первый орбитальный прыжок. Самый первый! Что это за дрянная бандура?!

Она со злобой треснула кулаком по какой-то железной штуковине. Штуковина издала тихий всхлип и треснула.

- Это я что сейчас сломала? – слегка забеспокоилась десантница.

- Да я-то откуда знаю? – рассеянно ответил Ежов. – Я вообще второй раз в самолете лечу.

- Джиночка, деточка моя хорошая, как хорошо, что напомнила насчет прыжков, - сделал умильное лицо Койфман. – Мы захватили гравистаны?

Она вытащила две широкие полупрозрачные ленты, похожие на полоски скотча, и вручила одну из них Койфману. Старичок обернул ее вокруг пояса и на что-то там нажал. Вторую она протянула Ежову.

- Отнеси Остапу. Этот здоровый дурак никогда не думает...

- Просто никогда не думает. И скажи, чтобы шел сюда – там, кажется, у кого-то кровь пошла носом.

- А это что вообще такое? – спросил Михаил, сбегав в салон и отдав алкморегу его гравистан.

- Это, Мишенька, устройство для замедления падения, - ласково объяснил Койфман. – Такая получается локальная зона невесомости. Ну, не совсем невесомости, но гравитация ослабевает на порядок. Ты не волнуйся, в капитанском мундире гравистан встроенный.

- А ты что, собрался прямо в космо... аэропорту приземляться, что ли? – фыркнула Джина. – Думаешь, нас в твоей Твари...

- ...в твоей Твари с цветами ждут, что ли? Странно, что еще на перехват не пошли.

- Сначала нушно попасть! – весело откликнулся Косколито, заводя очередной вираж.

- А что же мы тогда...

И тут Ежов неожиданно догадался, что они собираются делать. И его желудок немедленно подскочил куда-то к горлу – при одной мысли, что ему придется прыгать с самолета, да еще ночью, да еще с этим скотчеобразным заменителем парашюта, которого, может, в этом мундире и вовсе нет! Ну мало ли – потерял его капитан по пьяни... Хотя он непьющий, но не суть важно.

Пилотские кресла неожиданно поползли в разные стороны. Косколито и Джина уткнулись щеками в холодный металл. Ну правильно, в кабину вошел Остап. Моментально стало очень тесно.

- Остапчик, вернись обратно! – жалобно пропищал сплюснутый Койфман откуда-то из под руки алкморега.

Гигант неохотно отступил на несколько шагов. Ежов обратил внимание, что дверь преизрядно помята – Остап своротил ее ко всем чертям.

- Нашла! – жизнерадостно воскликнула Джина, ползая по полу.

- Что нашла? – не понял Ежов.

Десантница нашла люк.