– Фон – чуть пожелтее, – высказал пожелание Джим, и обои стали чуть ярче.

– Годится, – согласился Тони. – А теперь давайте нам диваны мягкие и кресла.

В стенах открылись ниши, и оттуда выехала мягкая мебель.

– И ТВ-бокс какой-нибудь… – добавил Джим.

– И шкаф с одеждой! – заказал Тони, и тотчас из дальней стены выехал высокий, до потолка, шкаф.

Тони подошел к нему и, отодвинув невесомую дверцу, увидел заполненные одеждой тонкие металлические вешалки.

– Что мне нравится в военной системе любой страны и мира, так это то, что, прибыв без всякого багажа, ты можешь чувствовать себя как дома, – признался Тони и принялся перебирать вещи в поисках плавок.

Джим сел в кресло и, широко зевнув, стал мысленно переключать каналы ТВ-бокса.

– Море есть, а плавок нету – странно это, – раздался из шкафа голос Тони. – Слышь, напарник, тут только велосипедки какие-то, но разных цветов. Сгодятся вместо плавок?

– Сгодятся, – отозвался Джим. – А ты что, прямо сейчас на море собрался?

– А чего тянуть? Мы на него в окно не один месяц смотрим, я уже давно хочу окунуться, пусть даже в искусственные, но соленые волны! Во! Подходящий фасончик! – Тони остановился напротив Джима, демонстрируя лимонно-желтые велосипедки с синими лампасами. – А тебе вот эти…

Джим поймал подарок, ему достались зеленые с красными лампасами.

– Я бы прежде чего-нибудь поел, – сказал он, переодеваясь.

– На пляже поедим или в ресторане.

Тони надел велосипедки и прошелся по комнате.

– Где здесь зеркало? – Он повертел головой, и тотчас все стены вокруг стали зеркальными и в них появилось отражения Тони во всех ракурсах. Это было так неожиданно, что он запротестовал:

– Стоп-стоп! Это слишком! Достаточно небольшого окошка прямо передо мной.

Управлявший обстановкой чип наконец понял, что от него требуется, и организовал для Тони зеркало приемлемых размеров. Затем им воспользовался Джим, чтобы посмотреться в велосипедках и в свободном комбинезоне, который был похож фасоном на те, что носили ремонтники из автопарка Двадцать Четвертой базы. Правда, у этого имелась нежнейшая подкладка, следившая за влажностью кожи и температурой тела. Как только Джим надел комбинезон, тот перенял окраску обоев на стенах.

– Я синее люблю, – сказал Джим, и комбинезон моментально стал ультрамариновым.

– Чуть потемнее, – скорректировал он. Комбинезон выполнил и это пожелание.

– А ты молча попробуй, – сказал Тони. Его комбинезон принимал самые разнообразные цвета и оттенки, подчиняясь мысленным командам.

– Ух ты! Это проще, чем ТВ-бокс! – восхитился Джим и тоже стал экспериментировать.

На это у напарников ушло еще четверть часа, пока они не вспомнили, что собирались «к морю».