— Злость служила для того, чтобы отгородиться от правды, поэтому вы убедили себя, будто отец вас не любил.

— Вот и у Ханны Холл тоже не было возможности выбора, — согласилась собеседница. — Ведь если бы Ханну спросили, она, может быть, захотела бы жить с теми, кого считала матерью и отцом.

Пьетро Джербер не мог не задуматься над тем, как судьба свела их задолго до того, как они познакомились.

Они с Ханной — брат и сестра.

— Ханна замыслила все это, чтобы я открыл для себя мою подлинную историю, — убежденно проговорил Пьетро Джербер.

— Интересно получается, — заметила лже-Уолкер. — Стало быть, Ханна явилась из Австралии не для того, чтобы освободиться самой, но для того, чтобы освободить вас.

Пьетро продолжал подыгрывать ей, потому что был напуган. Кто знает, что произойдет, положи он конец этому фарсу. Придется всю свою жизнь переписывать заново на основе этой новой правды. Но одно Джербер понял, и это утешило его.

Когда он примется приводить в порядок воспоминания о прошлом, в этом своем предприятии он не будет одинок.

Ханна останется рядом, будет направлять его память на то, чтобы излечивать раны, нанесенные детством, и заговаривать боль, как умеют делать только те, кто вас по-настоящему любит.

Хотя Пьетро Джербер еще не мог собраться с силами, чтобы поднять веки и выйти из уютного убежища темноты, он знал, что Ханна где-то здесь, очень близко. Может быть, стоит спиной к нему в нескольких метрах от ветрового стекла, прижимая телефон к уху и вглядываясь в горизонт.

— Все хорошо, Пьетро, — спокойно, ободряющим тоном проговорила женщина. — Все закончилось: теперь можешь открыть глаза.

Стефано Маури, издателю — другу. И вместе с ним — всем издателям, публикующим во всем мире мои книги.

Фабрицио Кокко, Джузеппе Страццери, Раффаэлле Ронкато, Элене Паванетто, Джузеппе Соменци, Грациелле Черутти, Алессии Уголотти, Эрнесто Фанфани, Диане Волонте, Джулии Тонелли и незаменимой Кристине Фоскини.

Эндрю Нюрнбергу, Саре Нанди, Барбаре Барбьери и изумительным сотрудницам Лондонского агентства.

Тиффани Гассук, Анаис Бакобца, Алии Ахмед.

Вито, Оттавио, Микеле, Акилле.

Джанни Антонанджели.

Алессандро Узаи и Маурицио Тотти.

Антонио и Фиеттине, моим родителям. Кьяре, моей сестре.

Саре, которая всегда со мной рядом.