Работать под твоим началом – одно удовольствие, старина. Просто чудо, я так считаю.

– Спасибо, – сказал Соболь и повесил трубку.

«ЕДА»® была предметом его особой гордости.

Одиннадцать лет назад корпорация «Диетэтика» начала с малого: с нескольких ученых-диетологов, армии специалистов по маркетингу и связям с общественностью и запоминающегося логотипа.

Ее покупали толстые. Ее покупали худые, которые не хотели стать толстыми. «ПИЩА»® была вершиной диетического питания – искусно скрученной, сбитой и измолотой таким образом, чтобы имитировать все, что угодно, от картофельного пюре до оленины.

Хотя лучше всего продавались куриные окорочка.

В руки Соболя, без особых усилий с его стороны, рекой потекли деньги. Он с удовольствием наблюдал, как «ПИЩА»® постепенно вытеснила старомодные, не помеченные значком торговой марки, продукты из соответствующей рыночной ниши.

Вслед за «ПИЩЕЙ» он выпустил «СНЕДЬ»® – продукт быстрого приготовления, приготавливаемый из обычных отбросов с неимоверной быстротой.

«ЕДА»® была новейшей идеей Соболя.

«ЕДА»® представляла собой «ПИЩУ»® с добавлением сахара и жира. Теоретически, если есть много «ЕДЫ»®, можно было: а) неимоверно растолстеть; б) умереть от недоедания.

Этот парадокс весьма забавлял Соболя.

Сейчас «ЕДА»® проходила проверку по всей Америке: «ЕДА»-пицца, «ЕДА»-рыба, «ЕДА» по-сычуаньски, вегетарианская «ЕДА» с рисом. Даже «ЕДА»-бургеры.

Лимузин Соболя остановился на стоянке перед рестораном «Бургер-Лорд» в Де-Мойне, штат Айова, одним из огромной сети ресторанов быстрого обслуживания, которая полностью принадлежала его организации. Именно здесь он последние полгода проводил пилотные испытания «ЕДА»-бургеров.

Теперь он хотел видеть, чего они добились.

Он наклонился вперед и легонько постучал по стеклянной перегородке за спиной шофера. Тот нажал на кнопку, и стекло опустилось.

– Я собираюсь посмотреть, как мы работаем, Марлон. Десять минут. Потом обратно в Лос-Анджелес.

Соболь подошел к прилавку.

– Привет-меня-зовут-Мэри, – сказала девушка за прилавком. – Что-будем-заказывать?

– Большой «громобой», двойной гарнир, без горчицы, – ответил он.

– Особый густой, с шоколадом и бананом.

Девушка нажала на несколько кнопок с рисунками.

(Уметь читать уже не требовалось при приеме на работу в эти рестораны. А вот уметь улыбаться – требовалось). Потом она повернулась к толстяку у плиты.

– БГ, ДГ, без горчицы, – сказала она. – Шокобанан.

– У-угу-у, – протянул повар. Он быстро рассовал заказ по бумажным пакетикам и тряхнул головой, чтобы роскошный седеющий вихор не падал на глаза.

– Держи, крошка, – сказал он.

Она, не глядя на него, взяла поднос, и толстяк радостно повернулся к плите, мурлыча под нос что-то про голубые замшевые ботинки.