Предположим, Тернер и Лэндсир повстречали в пабе Сэмюеля Палмера и решили написать один большой пейзаж все вместе; а потом позвали Стаббса, чтобы он пририсовал лошадей – даже у них не получилось бы лучше.

И это было самое печальное, потому что именно здесь все и произойдет. По мнению Агнессы, во всяком случае, которое она высказала в той книге, которую Анафема позволила себе потерять. Конечно, осталась картотека, но это было уже совсем не то.

Если бы Анафема полностью контролировала свои мысли – а рядом с Адамом никто не мог полностью контролировать свои мысли – она бы заметила, что как только она пытается более глубоко задуматься о том, что в нем странного, ее мысли сразу же ускользают в сторону, как гуси по воде.

– Оп-па! – вдруг заявил Адам, проигрывая в голове возможности, которые предоставляет книга прекрасных и точных пророчеств. – А она говорит, кто выиграет чемпионат Англии?

– Нет, – сказала Анафема.

– А в ней есть космические корабли?

– Не слишком много, – сказала Анафема.

– А роботы? – со слабой надеждой в голосе спросил Адам.

– Тогда мне это не годится, – заявил Адам.

– Что же такого в будущем, если в нем нет роботов и космических кораблей?

– Хочешь лимонаду? – предложила она.

Адам колебался. А потом решил взять быка за рога.

– Слушайте, извините, что спрашиваю, ну, в общем, это не личный вопрос, вы – ведьма? – прямо спросил он.

Анафема прищурилась. Так, миссис Хендерсон придется перестать совать свой нос, куда не следует.

– Некоторые могут сказать и так, – ответила она. – На самом деле я оккультист.

– А-а. Ну так! Тогда конечно. Отлично! – воодушевился Адам.

Она оглядела его с ног до головы.

– Ты точно знаешь, кто такие оккультисты? – спросила она.

– Ну конечно, – заверил ее Адам.

– Ну, если тебе так спокойнее, – улыбнулась Анафема. – Пошли, я и сама, пожалуй, выпью лимонаду. Да, и… Послушай-ка, Адам Янг…

– Ты подумал: «У меня с глазами все нормально, и не надо их проверять», правда ведь?

– Кто, я? – смутился Адам.

С Бобиком вышла осечка. Он никак не хотел заходить в дом. Он припал к земле перед крыльцом и глухо рычал.

– Да пошли, глупыш, – уговаривал его Адам. – Это же просто Жасминный Домик.

– Он смущенно повернулся к Анафеме. – Обычно он сразу все делает, как только я скажу.

– Его можно оставить в саду, – сказала Анафема.

Бобик жалобно взвыл и умоляюще посмотрел на Адама. Короткий хвост пару раз ударил по земле.

С неимоверным трудом переставляя лапы, словно шагая против ураганного ветра, Бобик прокрался в дом.

– Ну вот, – гордо сказал Адам. – Молодец!

С шипением потух еще один уголек Преисподней…

Анафема закрыла дверь.

Над дверью Жасминного Домика всегда висела подкова.