– Она выправится, уверяю тебя. Честное слово, выправится. Сейчас она кажется такой неподвижной и бесполезной, но это из-за того, что пальцы долго пробыли в лубках и кости еще не совсем срослись. Я научу тебя, как делать массаж и разные упражнения. Ты сможешь достаточно хорошо ею владеть, уверяю тебя…

Он прервал мои заверения, положив руку мне на щеку.

– Так ты считаешь… – начал он, потом замолчал и покачал головой. – Ты подумала…

Он еще раз оборвал свою речь, но тут же заговорил снова:

– Англичаночка, ты думала, что я горюю из-за негнущихся пальцев и нескольких шрамов? – Он усмехнулся. – Я, может быть, и тщеславный человек, но, надеюсь, не до такой степени.

– Но ты… – заговорила я.

Он взял мои руки в свои и поднял меня на ноги. Я потянулась к его щеке и стерла с нее единственную слезинку – маленькую теплую каплю.

– Я плакал от радости, моя англичаночка, – тихо проговорил он; медленным движением приложил ладони к моему лицу с обеих сторон. – Я благодарил Бога за то, что у меня две руки. Две руки, чтобы обнимать тебя. Помогать тебе. Любить тебя. Слава богу, что я благодаря тебе остался полноценным человеком.

Я накрыла его руки своими ладонями.

– Но как же могло быть иначе? – спросила я и тут же вспомнила палаческий набор пил и ножей, обнаруженный мной в Леохе в ящике у Битона.

И поняла, что кое о чем забыла, столкнувшись с трудным случаем. Во времена, когда не существовало антибиотиков, обычным – если не единственным – способом борьбы с заражением крови была ампутация конечности.

– О, Джейми, – сказала я и, почувствовав, как у меня задрожали колени, поспешила сесть. – Джейми, если бы я вспомнила об этом, то, возможно, сделала бы так, чтобы спасти тебе жизнь.

– А так не делают… в… твое время?

– Нет. – Я покачала головой. – Есть лекарства, останавливающие инфекцию. Потому я и не подумала. А ты?

– Я этого ожидал. Вот почему я просил, чтобы ты позволила мне умереть. Я об этом думал в промежутках между приступами, во время которых голова у меня была как в тумане, и в какой-то момент пришел к мысли, что не смогу жить калекой. Ты знаешь, ведь это случилось с Айеном.

– В самом деле? – Я была поражена. – Он мне говорил, что в него попала крупная картечь, но о подробностях не распространялся.

– Верно, и рана от картечи воспалилась. Врачи отняли ногу, чтобы уберечь Айена от заражения крови. Айен теперь в полном порядке, все уладилось. Но я видел его другим. Он оправился только благодаря Дженни. Это она поддерживает его.

Джейми вдруг улыбнулся мне застенчивой улыбкой.

– Как ты меня. Не могу уразуметь, почему женщины так поступают.

– Потому что им так нравится, – тихонько ответила я. Он негромко рассмеялся и притянул меня к себе.

– Да, один Бог знает почему.

Мы некоторое время постояли, обнявшись.