Джейми словно ударило электрическим током: спина резко выгнулась, он стиснул ягодицы конвульсивным усилием мышц, выкрикнул что-то невнятное и протестующее, а потом перевернулся на спину и вперил в сэра Маркуса застывший бессмысленный взгляд. Сэр Маркус на несколько секунд тоже замер как столб от изумления, но тут же пришел в себя, наклонился, потянул Джейми за руку и снова перевернул его на живот.

– Вот оно что, – произнес он, после чего накрыл Джейми одеялом до пояса, и я заметила, как плечи у того расслабились.

Сэр Маркус присел у Джейми в головах и налил еще по стаканчику виски.

Сделал глоток и медленно облизал губы, о чем-то раздумывая. В комнате стояла тишина, только огонь в камине потрескивал, но ни я, ни леди Аннабел не переступали порог.

– Если тебе от этого станет легче, – неожиданно заговорил сэр Маркус, глядя на графин, – то знай, что он мертв.

Голос у Джейми был какой-то тусклый, неясный.

– Не доводилось мне встретить человека, который остался бы жив после того, как по нему прошлись тридцать коров, каждая в полтонны весом. Он выскочил в коридор, чтобы посмотреть, что там за шум, увидел и попытался скрыться в комнату.

Но одна из коров зацепила его рогом за рукав и потащила за собой. Я видел, как он упал на пол у стены. Сэр Флэтчер и я находились в это время на лестнице. Сэр Флэтчер пришел в неистовое волнение, послал людей ему на помощь, но они не могли до него добраться в этой чудовищной толчее, да притом, куда ни сунься, везде на тебя наставлены рога. Да еще факелы начали срываться со стен прямо на взбесившуюся скотину. Господи, видел бы ты все это! – воскликнул сэр Маркус и ухватился за горлышко графина. – Твоя жена – редкая женщина, в этом нет сомнения, дружище!

Он налил себе виски, начал пить, но едва не подавился от смеха.

– Во всяком случае, – продолжал он, стукнув себя в грудь, – к тому времени, как мы очистили коридор от скотины, он представлял собой рваную тряпку, плавающую в луже крови. Люди сэра Флэтчера унесли его, но если он в то время и был жив, то долго ему не протянуть. Налить тебе еще?

Последовало короткое молчание, которое нарушил Джейми:

– Нет, я не могу сказать, что мне от этого легче, но благодарю вас за то, что вы мне об этом рассказали.

Сэр Маркус поглядел на него, сощурившись.

– Ммфм, ты, я вижу, не собираешься забывать об этом, – сказал он отрывисто. – Не старайся. Если можешь, позволь этой ране зажить, как и всем другим твоим ранам. Не береди ее, и все пройдет.

Старый вояка поднял узловатую руку, на которой был засучен рукав, и показал неровный рубец, тянущийся от локтя до запястья.

– Шрамы не должны нас тревожить.

– Да, – ответил Джейми, – некоторые, может, и не должны.

Он попытался лечь на бок. Сэр Маркус поспешно поставил свой стакан.