– Позвольте, но я всегда ставлю на черное! – завопил сзади Юшка. – Крупье, требую переставить!

Эраст Петрович уже и думать забыл про бывшего Юсуфа Абдуррахмановича. Встал за перилами – решил подождать, пока Шубин сам его заметит, и посмотреть, как отреагирует в первый миг, еще не справившись с лицом.

Подполковник покуривал папиросу, водил пальцем по краешку бокала с коньяком. Удивительно, но других игроков за столом не было.

– Куда прикажете? – спросил крупье.

Ногтем Шубин толкнул столбик из шести желтых жетонов.

– Право не знаю. На восемнадцать?

Тут крупье проделал не вполне понятную манипуляцию – одну фишку аккуратно отодвинул обратно.

– Обсчитаться изволили, Тимофей Тимофеевич.

– В самом деле? – Толстая щека пошла складками – помощник градоначальника улыбнулся.

Колесо закрутилось. Шарик остановился на 18.

У Эраста Петровича двинулись брови, а крупье сказал:

– Поздравляю. Повезло. Теперь, быть может, довольно?

Вопрос из уст служащего казино звучал необычно.

Вдруг веко у Шубина дернулось. Тыквообразная голова качнулась. Он заметил Фандорина.

Реакция была такая, как следовало ожидать: сокращение окологлазных мышц, непроизвольное сжатие пальцев.

По психофизиогномической науке это означало «неприятный сюрприз, сигнал опасности».

Знает кошка, чье мясо съела. Виновен, никаких сомнений!

Широчайшая улыбка засияла на пухлом лице Тимофея Тимофеевича.

– Какая чудесная неожиданность! Признаться, я за вас беспокоился. Полиция утром обнаружила около Катер-клуба мотоцикл, принадлежащий градоначальству, и три мертвых тела с огнестрельными ранениями. Все в недоумении, что там могло произойти.

«Не слишком старательно прикидывается.

Понимает, что отпереться не удастся».

Эраст Петрович сел, высыпал на зеленое сукно свои фишки.

Глаза подполковника сузились. Он уже не улыбался.

– С удовольствием. Ставлю… на вторую терцию. – Многозначительный взгляд на крупье – тот обреченно кивнул. И, понизив голос: – Чем закончилась ваша ночная прогулка?

Фандорин на колесо Фортуны не смотрел, но рука сама потянулась ко второму ряду цифр. Притяжение исходило оттуда. Три фишки легли на семерку, три на восьмерку и три на девятку. Точнее пункт не определился – Эраст Петрович был весь сосредоточен на собеседнике.

– Ставки сделаны! – объявил крупье и запустил рулетку.

– П-прекрасно. А теперь отойдите от стола. Нам нужно поговорить наедине.

Не выдержав фандоринского взгляда, крупье попятился. При этом с извиняющимся видом пожал плечами. Жест адресовался Шубину, но тот глядел на Эраста Петровича.

– Вы и так знаете, чем закончилась моя п-прогулка.

В глазах подполковника блеснули насмешливые огоньки.

– Вот как вы заговорили? Интересно. Значит, встреча неслучайна.