Об их кораблях известно немного, но то, что известно, вызывает немалую тревогу. Одни крейсера класса «Вихрь» чего стоят. Они вдвоем легко линкор первого класса разделают. Нам остается только надеяться, что ларатцы все-таки не пойдут против бывших соотечественников.

– Но уверенности в этом нет, – констатировал Алексей.

– Увы, нет, – развел руками адмирал. – Поэтому давайте готовиться к худшему.

– Когда пришла нота?

– Вчера утром. Была доставлена ларатским кораблем-разведчиком. У нас немалый переполох поднялся, когда он буквально из ниоткуда вынырнул и на орбиту вышел.

Хорошо хоть вовремя сообщил, с какой целью прибыл, а то комендоры орбитальных станций уже стрелять изготовились.

Шемич немного помолчал и добавил:

– Ваше величество, один этот курьер на несколько поколений совершеннее всего, что у нас есть. Мы даже просканировать его толком не смогли – защитное поле неизвестной природы. Он выбросил буй с нотой, после чего прямо с орбиты ушел в гипер. До этого момента такое считалось невозможным в принципе. Когда я об этом услышал, то, не побоюсь признаться, мне стало не по себе.

– Мне тоже сейчас не по себе, – глухо сказал император. – А вы, генерал Таркович, подумали о возможной войне с Ларатом, или нет?

– Нет, Ваше величество, – признался тот. – Слишком много внутренних проблем, на которые приходится обращать внимание. Военные вопросы – в ведении адмирала.

Шемич уставился на него с откровенным изумлением, явно не веря своим ушам. Затем укоризненно покачал головой и глухо произнес:

– А тебе не кажется, Мирко, что ты заигрался? Неужели не доходит, черт старый, что вопрос о выживании всей страны стоит?!

– Я тебя прошу, Олег, – поморщился генерал.

 – Не здесь и не сейчас.

– А когда?! – с гневом выдохнул адмирал. – Хватит, якорь тебе в дышло! Только начало что-то меняться к лучшему, так он снова свое крутит!

– Господа, не стоит ссориться, – встал Алексей, в душе обрадовавшийся тому, что Шемичу тоже не нравятся игры Тарковича. – Перед нами всеми стоит сейчас одна задача – сберечь Росс, сберечь Империю, не позволить ей снова превратиться в аморфное образование типа Федерации.

– Вы правы, Ваше величество, – поклонились оба.

 – Простите.

Они сели, но еще долго сверлили друг друга гневными взглядами.

– Что еще у нас сегодня? – спросил император.

– Отчет по финансовому состоянию страны, – встал Валери Одич. – Я…

Его прервал шелест распахнувшегося люка и топот ворвавшегося в конференц-зал секретаря императора. Он выглядел так, словно на него рухнуло что-то тяжелое. Волосы встрепаны, глаза безумные.

– Ваше величество! – выдохнул секретарь. – Беда!

– Что случилось?! – требовательно уставился на него Алексей.