– Вот я и предлагаю, – наконец добралась до главного Алиса, – устроить показательную подготовку к капитальному ремонту: громкие разговоры-обсуждения с дизайнером в подъезде, заезд рабочих с молотами и дробильной для стен техникой: все широко, громко, оповестительно.

– И ты предполагаешь, что он клюнет на этот демарш и заявится к тебе? – уточнил Кедров.

– Ну да.

– Ну а как не заявится? – хмыкнул он. – Стены поразломаешь, а убивец не придет?

– Стены ломать не обязательно: пошумим, погремим да свернем всю театральщину, а соседям скажу, что передумала: дорого и разрешения не дали на снос стен.

Да какая разница, – отмахнулась Алиса. – Зато следствие установит, что преступнику моя квартира и ее хозяйка, как приложение к ней, ни за каким интересом не дались. И я смогу спокойно жить дальше, а у следователей одной версией станет меньше.

– Так у них и так в данный момент на эту самую версию меньше, – усмехнулся Кедров, – зачем им устраивать себе такой головняк? Ты хоть понимаешь, что это целая операция: устроить спектакль с ремонтом, поставить нескольких ребят «вести» тебя постоянно, кому-то придется и ночевать с тобой.

Вот оно им на хрена для чего-то надо? – разъяснил он реалии."

"– Ну, может, в этой версии резон и есть, – не согласился сразу с Денисом Гринец. – А насчет людей – это да, вы правы, на такую операцию понадобится много народу и усилий.

– Не стоит забывать, что этот парень крут, – напомнил Денис, отчего-то внезапно разозлившись, – и вполне может просечь весь этот спектакль на раз, – и посмотрел на бывшую подругу неодобрительно. – В жизни, Алис, все куда проще, поэтому и страшнее. Его вон какие волчары, – он указал кивком на следователя, – вычислить не могут, ни одной зацепки он им не оставляет.

А это значит, что он очень прошаренный чувак и очень резкий. И если он все-таки купится на эту подставу и объявится, то к тебе подойдет только при условии, что не почувствует и не увидит опасности. А это значит, что охраняющие тебя люди должны находиться на приличном расстоянии от твоей тушки. И за то время, пока они к вам бежать будут, с пистолетиками наперевес, он два раза спокойно тебя прирежет.

– Нет, план не безупречен, не спорю, – согласилась с ним Алиса, – но я для того вас и пригласила, чтобы изложить свою идею, а уж Петр Федорович, как специалист, и ты, как мой друг, обсудите это предложение, обдумайте.

Я, знаешь, тоже на амбразуру не спешу.

– Ладно, – остановил их спор Гринец. – Все это надо обмозговать и поразмыслить над тем, что вы предложили, Алиса Юрьевна. Благодарю за великолепный обед, прямо спасли вы меня, служивого, от голода подсасывающего. Но пора. Пойду я.

– Сколько времени вам потребуется для размышлений? – поинтересовалась Алиса.