И теперь я точно мог сказать, что стихийник имел крепкий третий ранг. Причём взял его только что.

— А-а-а-а! — завопил маг, увидев джинна.

Так, многовато у него впечатлений для одного раза. Я аккуратно коснулся его разума светлой силой, успокаивая. Сейчас, когда энергия взятия ранга бурлила в нём, совсем не нужно было так нервничать. Не нужен же нам ещё один лабиринт.

— Иван, — я привлёк к себе внимание притихшего парня.

Ростовский еле отвёл глаза от огненной ауры элементаля, и во взгляде появилось узнавание, к счастью. За ним и облегчение.

— Господин, — немного напряжённо улыбнулся он и добавил тихо: — А что это?

Джинну такое не пришлось по нраву, и он издал звук, похожий на рычание.

— Не что, а кто. Познакомься, воин Великой пустыни, Хакан.

— Воин? Пустыни? — повторил Иван и принялся оглядываться. — А мы где вообще? Как? Это правда джинн?

Пришлось усилить поток магии жизни, недооценил я восприимчивость стихийника. Тот как ребёнок вытаращил глаза и забыл дышать от непонимания.

Я бы вернул его в привычную среду, но рано. Пока источник стихийника не остыл, не следовало рисковать. Здесь хоть будет безопасно.

— Прогуляемся? — предложил я, указывая на гладь новой дороги.

Ростовский закивал, но взгляда с джинна не сводил. Со стекла мы ушли сразу же, не самая подходящая поверхность. Неторопливо шли рядом, утопая в горячем песке.

То, что для меня уже стало привычно, объяснить оказалось непросто. Про миры, элементалей и даже ассасинов. Скрывать я ничего не стал. Иван должен был знать, во что вляпался и что произошло.

К его чести, держался он достойно. Прогулка и мой спокойный тон помогли парню принять информацию без лишних переживаний.

— Мне что же, отсюда теперь нельзя уйти? — сделал неожиданный вывод парень.

— Отчего же? Ты волен уйти. Мало того, уйти нам придётся.

Чужой мир был благосклонен, но лишь на время. Щедро поделился силой, но и забрать её мог также легко. Да и бросить мальчишку здесь было бы как-то нехорошо. Даже в компании радушного духа джиннов, хозяина чудесного оазиса.

Я взглянул на растерянного парня. Да уж, мы в ответе за того, кого спасли… Вот поэтому не любил я эти внезапные благородные поступки. Отвечать и за них тоже нужно.

Иван же, заметив моё замешательство, воспринял это иначе. Бахнулся на песок и горячо заверил:

— Присягу принесу вам, господин! На крови!

— Встань, — я помотал головой. — Лишь одно пообещай, молчать о Великой пустыне. Большего мне не нужно.

— Да кто же мне поверит-то! — удивился Иван, но тут же принял серьёзный вид и торжественно сказал: — Клянусь силой, никому не расскажу, что видел.

И сила отозвалась. Удачно получилось на самом деле. Всё накопленное мигом ушло на заверение его слов.