– Добрый день, – поздоровался со мной все тот же парень, что обычно дежурил в фойе. – Вы, наверное, за формой?

– Да, я к Александру Ивановичу.

– Кабинет второго заместителя директора находится рядом с кабинетом Ирины Александровны.

– Спасибо, – кивнул я. Хотя и сам знал, куда идти. Такие вещи я подмечаю сразу.

Пройдя по уже знакомому коридору, я постучал в закрытую дверь и услышал громкое:

Кабинет Титова отличался от кабинета Шапочкиной тем, что здесь не было приемной, а стало быть, и секретаря. А в остальном такой же интерьер, только подешевле: просторная комната, стол замдиректора, стол для совещаний и полки с различными папками и книгами.

– Здравствуйте, Александр Иванович. Я Аскольд Сидоров, пришел оплатить форму.

– Сидоров? – нахмурил брови мужчина. – Тот самый, который отказался от чести стать Слугой великокняжеского рода Оболенских… – Он внимательно посмотрел на меня исподлобья, а затем покачал головой. – Это ведь вы тогда участвовали в конфликте с боярином Хмельницким?

– Ну что вы, Александр Иванович, у нас не было никакого конфликта. Так… мило побеседовали.

– Хм, хорошо, что вы видите ситуацию в таком ключе. Но на будущее, пусть формально все лицеисты равны, не стоит этим злоупотреблять. Войну родов из-за подростковых дрязг никто развязывать не станет, но ведь за вами и не стоит род.

– Учту, – ровным тоном ответил я.

– Ну ладно, – вздохнул Титов. – Принесли деньги?

Я передал ему нужную сумму, заместитель директора в обмен выдал мне бланк и сказал, куда с ним идти. Форму хранили в гардеробной, которая, в свою очередь, располагалась в отдельном здании, похожем на прямоугольную коробку.

После недолгих замеров мне выдали синий пиджак, такого же цвета брюки, две белые сорочки, пару темно-коричневых классических туфель, пять пар носков, свитер для холодного времени года, три галстука, а также комплект спортивной формы: штаны, куртка, шорты, три футболки, белые кроссовки и еще три пары носков, а также портфель и спортивную сумку. На большинстве элементов одежды и сумках был вышит герб лицея: ревущий медведь, отделенный от распахнутой книги зигзагообразной молнией.

Часть комплекта упаковали в пакет с гордой надписью «Лицей «Алая Мудрость». Остальное же разместилось на трех вешалках и было упаковано в специальные чехлы.

Нагруженный как зиалский четырехгорбый верблюд, я вышел во двор лицея и направился к ближайшей скамейке. Определенно тащиться со всем этим добром на метро – не самая лучшая идея.

Вызвав такси, я сел на скамейку рядом со своими пожитками и расслабленно откинулся на спинку, вдыхая запах хвои и наслаждаясь шумом фонтана.