— И последний вопрос, господин Росси, — сказал я, поднимаясь со стула. — Откуда вы знаете Алессу Мариар?

На лице собеседника отобразилось такое недоумение, которое сложно было бы сыграть. Таноржец нахмурился.

— Алесса… Алесса… а это, собственно, кто?

— Алесса Мариар, — проговорил неохотно, хотя уже понял, что не получу ответа на этот вопрос. — Она приходила ко мне и просила взяться за ваше дело. Собственно, только благодаря этому факту я заинтересовался вашим случаем.

Таноржец пожал узкими плечами.

— Я не знаю, кто это. Я думал, что мой секретарь вас нашёл… Когда меня арестовали, я позвонил ему и попросил найти самого лучше адвоката за любые деньги.

Я рассеянно кивнул и бросил взгляд на часы. Без трёх минут полдень. Надо действовать быстрее, пока таноржская автоматика не посадила клиента на рейс до Карридо. Я направился к дисплею управления переговорной, который должен связывать помещение с центральным искусственным интеллектом сателлита. Главное — убедить местный ИИ переключить меня на разумного гуманоида, а там я найду слова для убеждения…

— Погодите! — Встрепенулся Камиль, а в голосе послышались откровенные нотки паники.

В карих глазах зажегся неподдельный ужас, будто все эти дни его держали не в идеально чистой, тёплой и современной камере, а как минимум в сырых грязных казематах со швархами и крысами. Парень бросился ко мне, но невидимое силовое поле и магнитные наручники заставили его остановиться в метре от меня. Стандартная предосторожность в помещениях, куда приводят преступников.

Я ничего не стал отвечать, лишь обернулся к дисплею, нажал кнопку связи и сообщил:

— Требую освободить Камиля Росси.

— Сожалею, но заключённый в полдень должен быть переведён в другое место. Ваше требование невыполнимо, — ответил мне равнодушный электронный голос.

Ох, вот терпеть не могу роботов!

— Позовите разумного гуманоида.

— Простите, но все сотрудники сателлита на данный момент заняты.

— Я заявляю, что удержание господина Камиля Росси незаконно, и требую его освободить до начала судебного процесса. На данный момент нарушаются права гражданина Танорга.

Минуты две электроника молчала, а затем сообщила:

— Подождите минуту. Сейчас в переговорную ХН/15 подойдёт начальник станции.

Я усмехнулся. Полдела сделано. Самое сложное — это договориться с электроникой, а уж гуманоида, будь то человек или цварг, всегда можно убедить, что он не прав. В данном случае я специально употребил словосочетание «гражданин Танорга». Скажи я «гражданин Федерации», что в общем случае было бы даже правильнее, электроника меня даже бы не послушала.