Он сказал мне, что я не должна винить Тео ни в чем, что это была случайность. Я даже заболела тогда. Что бы ни натворил мой братец, отец всегда находил оправдания его выходкам. Не знаю почему. Со мной все всегда было наоборот – что бы я ни делала, как бы ни старалась, отцу всегда было мало и плохо. – И она уставилась на статую Анубиса, как будто ждала, что каменный бог разгадает эту загадку.

– Я в нашей семье черная овца, – сказала я. – Уверена, для тебя это новость.

– То-то я удивлена. – Джульетта улыбнулась – улыбнулась по-настоящему, а не ухмыльнулась, как обычно. – Тео оставил мне сообщение на голосовой почте, и оно так и крутится у меня в голове со вчерашнего дня. Отец вечно твердит мне, что я не должна нападать на Тео. Но если кто и изгадил ему жизнь, так это родители.

Когда я прилетел, мне прямо из аэропорта хотелось бежать к Тедди, но я сдержался и, выйдя из такси, пошел не к себе, а в дом моего отца напротив. Дворецкий открыл мне дверь, поприветствовав меня замороженной улыбкой, и повел к отцу. В доме было холодно, как всегда, но воздух, казалось, потрескивал от напряжения, точно перед грозой.

Недвижное, будто каменное, лицо отца напоминало морду рептилии.

– Возвращение блудного сына, – приветствовал он меня. – Ну как съездил?

– Я здесь, чтобы сказать тебе одно: гори ты в аду.

– Неужели так плохо? – продолжал отец тем же несерьезным тоном. – А мне всегда нравился весенний Берлин… Мы жили там несколько лет, пока я отлаживал европейскую сторону бизнеса. Ты, наверное, не помнишь…

У меня даже голова закружилась, пока я слушал его болтовню. Я пришел бросить ему вызов, а он ведет себя так, словно между нами все по-прежнему.

– Ты убил Мирей, – сказал я. – Ты превратил мою жизнь в пытку – заставил меня поверить в то, что я убийца! Я заберу сына, и мы уедем куда-нибудь далеко-далеко, где нет тебя.

– Что ж, попробуй, – ответил он. – Нет никаких свидетельств того, что ты способен обеспечить ребенку нормальный дом. Больше того, нет никаких свидетельств того, что ты и сам нормален. Так что подумай прежде, как это все будет выглядеть в суде, а уж потом принимай решения.

– Ты убил Мирей, – повторил я. – Тебя что, совсем совесть не мучает?

– Нет, Тео, я никого не убивал. И могу доказать, что меня даже в Берлине в ту ночь не было. – Он не мигая смотрел мне прямо в глаза. – Полагаю, ты встретился с Клаусом во время твоей небольшой прогулки.

– И он признался, что нанял Мирей по твоей просьбе.

– Как это на него похоже – свалить всю вину на меня… Не знаю, что он там сотворил с этой женщиной, но на моих руках ее крови нет.

Вот ведь стальные нервы у мужика! Я был невольно впечатлен его выдержкой.