Мама бы меня убила, если бы увидела такое поведение, недостойное леди.

– Так тебе нельзя плакать, – отмер Холод и вдруг сграбастал меня в свои медвежьи объятия и закружил, от чего меня тут же затошнило, и уши заложило, как на карусели. А страх отступил, развеянный радостным рыком этого невозможного гризли.

– Ты что, рад? – прошептала я?

– Ты все-таки ужасная тупица, лягушонок, – улыбнулся Егор. Осторожно, словно бомбу, ставя меня на пол. – Я не просто рад, я сейчас взорвусь от восторга. И виновата в этом ты. Свела с ума несчастного политика.

– Ты обещал не звать меня лягушонкой, – пробубнила я, раздуваясь от полного беспрекословного, безусловного счастья.

– Да, – говорю я, не в силах отвести взгляд от моей, теперь уже, жены. И больше не слушаю тетку с покосившейся башней из пергидролевых волос на голове. Она что-то несет про бегущие жизненные воды, корабль не разбивающийся о бытовые скалы и прочую ересь. А я желаю только одного – содрать с лягушонки эту свадебную бутафорию и сойти с ума.

– Кольца? Егор, кому ты доверил кольца, – шипит за моей спиной свидетель, промакивая платочком бычий лоб. Мишаня с утра на нервах. Очень странно выглядит потеющая гора мышц, бегающая с вытаращенными глазами между гостей.

– Да, я согласна, – тихий голос Зины затмевает все происходящее вокруг. Вот уж не думал никогда, что это маленькое слово сможет сделать меня одуревшим от свалившегося на голову счастья.

– Да у меня ваши кольца, – в голосе свидетельницы, сияющей зеленеющим уже фингалом, столько яда, что можно бы скопытить все триста гостей, собравшихся в торжественной зале местного ЗАГСа. – Ничего доверить нельзя.

Тоненький золотой ободок прочно садится на мой безымянный палец. Странно, а это совсем даже не страшно.

А знаете, что будет дальше? Совсем скоро у нас с Зиной родится маленькая дочка. Мы назовем ее в честь моей матери, просто в ознаменование того, что я все же смог отпустить прошлое и простить. Мишаня и Лизавета создадут ячейку общества, разведутся, снова поженятся и так три раза. Пока Михуил не психанет и не решится, наконец, стать еще более сумасшедшим, чем я, отцом.

Сеня и Варькина создадут охранное агентство под названием «Реактивная колбаса», и станут очень востребованными и известными в мире секьюрити людьми. Я буду их первым почетным клиентом.

Апполинарий Рюрикович и Тамара Павловна станут сумасшедшими дедом и бабушкой. А учитывая, что через полтора года после рождения внучки у них родится еще и внук, совсем одуреют от счастья.

Чучмечка станет толстой и наглой. Впрочем, в ее-то жизни как раз все будет стабильно. Короче, все останется как есть.

Отчим получит долгий срок, хотя я совершенно не предъявил ему никаких претензий и обвинений. Незачем.