Еще толком не открыв глаза, я рефлекторно потянулся ладонью к источнику боли – и нащупал чуть ниже затылка справа огромную шишку! Когда же зрение сфокусировалось, то на пальцах правой я разглядел кровь.

Нехило мне так прилетело…

Пусть и с трудом, но все же я сумел заставить себя сесть, привалившись к стенке окопа, и попытался осмотреться, определить время да оценить ситуацию. Карманные часы торгового дома «Павел Буре» с гравировкой в виде «максима» на треноге и с надписью: «За отличную стрельбу из пулемета» я потерял, как кажется, еще во время австрийской артподготовки – жаль, мне их вручили в госпитале в Тифлисе.

И хотя награждают часами в основном нижних чинов, но по большому счету в боях за Сарыкамыш я дрался как раз простым наводчиком, в лучшем случае командиром расчета… Ладно, потеря обидная, но не смертельная. А вот тот факт, что по окопам ходят бойцы австрийской трофейной команды, судя по редким выстрелам, добивающие раненых (возможно, только самых тяжелых, но, тем не менее!), это уже серьезная проблема. Как и марширующая на восток колонна вражеской пехоты…

Все это я разглядел, сумев пока еще нетвердо встать на ноги и осторожно приподняться над бровкой хода сообщения, ставшего местом последней схватки моего отделения.

Так вот, все увиденное мной есть большой минус: враг прорвал нашу оборону и, очевидно, сумел уже достаточно далеко углубиться в сторону Карпат, раз на позициях полка их пехота следует в походном строю. А значит, времени спасти Любаву у меня катастрофически немного – будь он неладен, искусственный разум игры, когда-то носящий имя Флоки Мститель… Но есть и плюсы. Солнце клонится к закату и уже практически коснулось кромкой красного диска отрогов гор. А как только оно скроется за ними, окружающая местность стремительно погрузится в спасительные для меня сумерки – это раз. И два – на дне хода сообщения я увидел оброненный мной наган (очевидно, выронил я его, улетев в тяжелый нокаут). На мое счастье в горячке боя никто из австрияков не подобрал вороненый револьвер русского офицера.

Ну, собственно, и не стал его добивать…

Наконец, есть и плюс номер три: при виде врагов, шныряющих по окопам в опасной от меня близости, как-то притупилась и головная боль, и тошнота, а сам я стал чувствовать себя вполне себе сносно.

Ну, удивляться тут особо нечему – виртуальная реальность копирует психофизиологические реакции человека, оказавшегося в экстремальной ситуации. То есть когда выброс адреналина в кровь при виде опасности купирует последствия небольших травм или ран… И в данном случае сотряс – это не сломанная рука или нога, не глубокая и не рваная рана, которые однозначно бы меня остановили.