И я его хорошо понимал. Потому как этих пятерых разумных мы с драконом знали. Ещё с тех времён, когда он был ястребом, а я располагал только крохой собственной «искры». И надо сказать, присутствие тут Ургена, Скопы и остальных эвенкилов, в корне меняло ситуацию.

Своей божественной печати, я само собой больше не чувствовал. Дом Кали наверняка владел техниками, способными избавить от присяги божеству. Тем более, эвенкилы присягали, когда я был слаб. Для того, чтобы разрушить оставленный мной отпечаток на их разуме, не требовалось много усилий. По крайней мере, если соотносить с моим текущим уровнем мощи.

— Кто это? Я чувсс-с-ствую, что вы их знаете.

Голос Мьёльнира отвлёк от изучения изображения и я опустил взгляд на каменного ежа.

— Одни из первых, кто присягнул мне на верность. Но потом наши пути разошлись — их выбросило за пределы мира внутри осколка свёрнутого пространства.

Спутник заинтересованно хмыкнул, а сверху зазвучал рык Сандала.

— Их надо спасти. Рр-р-рассказать, что мы тут!

Предположим, спасать их было вроде как и не от чего. Судя по всему эвенкилы очутились в одном из миров Дома Кали, откуда и попали в ряды их воинов.

Либо столкнулись с теми каким-то ещё образом — сложно вот так навскидку сказать. Но дать им знать, что по другую сторону поля строятся не просто чужие легионы, а именно мои, пожалуй стоило.

Потому, когда рядом появилась Диана, я озвучил ей новый план действий. Изначально предполагалось, что богиня выйдет на связь с появившимися воинами Дома Кали и пообещает уничтожить их всех, попутно оскорбив всех членов Дома и словесно пройдясь по Башням. После чего мы дождёмся штурма в процессе которого постараемся уничтожить максимум врагов.

Подобное точно привлекло бы внимание иерархов Дома. Как минимум, его фокус сместился бы на Крепость Духа. Что заметно повышало шанс втянуть их в переговоры с Домом Геф. Да и вероятность успеха нашей стратегии по подрыву их мощи в подконтрольных мирах, тоже заметно вырастала.

Теперь же придётся каким-то образом затащить эвенкилов на территорию Крепости Духа. Единственное, что казалось реальным — предложить переговоры. В этот раз проводимые прямо здесь.

С сестрой мы так и не поговорили, но за прошедшие сутки она успела отдохнуть.

И по-моему, чуть привыкла к своему новому положению — если раньше ощущалась постоянная готовность броситься на любого из окружающих и забрать его жизнь, то сейчас римская богиня стала поспокойнее.

Показываться за пределами крепости лично она не стала. Вместо этого Мьёльнир соединил её с одной из артефакторных систем и за барьерами возникло лицо Дианы. Обычная иллюзия, через которую её никак нельзя было достать. Даже если предположить, что у кого-то из врагов хватит сил, чтобы пробить сверкающие щиты.