В груди же начала разрастаться злость и ненависть. Да как они посмели покуситься на мое⁈ Твари, ублюдки.

Я уже начал поднимать руку, чтобы выпустить силу ветра, ударить воздушной косой и разделить этих предателей на две половинки.

— Ар-р-р, — вырвался из меня воздух, и включилась голова.

Убью я их, устрою кровавую бойню, а дальше-то что? Новых людей набирать, так об этом прознают, да еще чего сверху навыдумывают, а родичи этих наверняка захотят отомстить, если мне не смогут, на родных моих попробуют отыграться. Сомнительно, что получится у них, конечно, мои родные тоже зубастые, но и рисковать ими не хотелось. Да и вопрос с людьми, опять же, встанет во весь рост.

Нет, надо с Обром решать все, причем показательно, чтобы другие пикнуть не смели потом в мою сторону.

— Шли на службу, то да, — протянул я. — И про добычу речь была, а уж кого мне отпускать, а кого нет, то мне решать, не тебе, Обр. Вот только сможешь ли ты ту добычу взять о которой говоришь, я сомневаюсь. Ежели мог бы, было бы у тебя свое судно, да и люди, но что-то этого не вижу. Так что давай покажем людям, кто действительно способен взять эту добычу. А кто только языком молоть может, — с усмешкой проговорил я, свысока поглядывал на Обра и окружающих его людей.

— Давай, а почему нет-то, здесь твоих родичей нет, сопляк, — оскалившись, прорычал он. У него во взгляде был вызов мне.

Обр надел на голову шлем, в руки взял щит, копье — и шагнул мне навстречу.

Мне тоже протянули щит и оружие на выбор, а кто-то с себя и шлем стянул, давая мне. У меня у самого на поясе висел мой топор и кинжал, который мне подарил Триглав, но нет, это все было не то. В руки я принял только каплевидный щит и шагнул в сторону, где валялась пара сит.

Срезав с одного из них кинжалом веревки, я поднял толстую палку, не дубина, конечно, но, чтобы расправиться с Обром, этого хватит. Ведь, судя по его повадкам и движениям, ему далеко до хорошего воина и тем более норманна, с которым я бился в Волине.

Он, насупившись, следил за моими действиями. Всем окружающим людям было понятно, что я побрезговал против него взять нормальное оружие, и буду биться чуть ли не первой попавшейся палкой.

Как только я к нему приблизился, он выкинул копье вперед, целя мне в лицо.

«Поспешил», — мелькнула у меня мысль.

Откидываю голову вправо и туда же делаю шаг, а после вперед, чтобы сблизиться.

Размашистый удар щитом по его руке, держащей копье. После со всех сил засандалил палкой ему по шлему, палка не выдержала удара и сломалась, а Обр замотал головой и отпустил копье, пытаясь достать нож из-за пояса.

Кто же, милый, тебе это даст?

Подсечка, и наваливаюсь на Обра, опрокидывая его на землю. Обломок палки швыряю ему в лицо.