— А после, снизив голос, добавил: — Все же наши в бой пошли, удача и помощь Триглава может понадобиться.

На слова Рознега я просто кивнул.

— Купав, поди сюда, — немного прикрикнул дед и поманил рукой к себе одного из мужчин.

Через пару минут к нам подошел мужчина с окладистой светлой бородой, он был явно старше меня на пару лет. В плечах широк, да и заметно было, что он не всегда носил жреческое одеяние и знает, с какой стороны за боевой топор браться. Приглядевшись, я понял, что он мне знаком, видел его в городе, и не раз, но близко мы не общались.

— Звал, Рознег?— спокойно произнес парень, с интересом рассматривая меня.

— Звал, Купава, звал. Вот это Яромир, знакомьтесь, — произнес прадед, и мы с Купавой молча пожали друг другу руки, пожатие оказалось у него крепким.— Говорили мы с тобой уже не раз, что я тебе все свои знания передал и тебе пора уже свой храм и свою службу нести.

— Не уж то гонишь меня, Рознег?— произнес Купава.

— Ты дослушай сначала, а потом речь веди, — и Рознег погрозил Купаве посохом, на что тот сразу замолчал.— Яромир свое городище выстроил, пока небольшое и далеко от нас, но без подобающего храма Триглаву, что не дело.

Оттого, я думаю, тебе стоит с ним отправиться, дабы там люди не остались без помощи и защиты Триглава.

— Гонишь все-таки, — выдал Купава.

— Ох ты, дурья башка, возможность даю встать рядом с Яромиром, моим правнуком, и быть ему добрым советником и помощником, новые дела вершить, а не здесь штаны протирать или в Щецине пенькам трухлявым в рот смотреть, — сурово произнес прадед.

— Так это, получается, тот самый Яромир, твой правнук, о котором столько сказывают, — задумчиво произнес Купава.

Я же покосился на прадеда, так и хотелось спросить:«А он точно умный, или ты мне его просто решил сплавить?»

— У-у-у, — загудел прадед, как рой пчел, мне даже показалось, что он хотел его посохом по голове приложить, но сдержался.

— Прости, Рознег, не уразумел сразу, — произнес Купава и поклонился прадеду.

Мне показалось в этот момент, что на губах Купавы появилась улыбка, и он все это время тонко издевался над Рознегом.

— Вот и сговорились, Яромир, ты, когда возвращаться к себе будешь, забирай этого олуха с моих глаз, видеть его не могу.

— Как скажешь, как скажешь, — протянул я.

Немного еще поговорив и обсудив разные мелочи, мы с прадедом направились обратно.

Вернувшись на подворье к прадеду, я немного посидел, а после, попрощавшись с ним, отправился в отчий дом. Где ждал меня сюрприз, а точнее, два. Мама и Смиляна были не праздны, не ожидал, если честно, от отца.

Мама меня обнимала и тискала, а я, улучив момент, воспользовался силой жизни и обработал ее и Смиляну.