Свидетелей не осталось.

Теперь самое приятное — это то, из-за чего все воюют: грабеж. Лозунги о необходимости нести людям свет истины и подлинной демократии всегда прикрывают только один принцип: ограбь ближнего своего.

У убиенных мною бандюков было 20 золотых корон, полсотни серебряных коронок и сотня медных дил, два магических колечка. А также пара красных сочных яблок. Я богател в новом для себя мире не по дням, а прямо по часам. Это было правильно с моей точки зрения и очень даже хорошо. Не надо было меня готовить в жертву демонам. Тот, кто идет стричь овец, должен помнить, что и сам может быть острижен.

Но впереди у меня маячили проблемы, которые надо было решать. Я прошел в конюшню, где стояли два отличных лигирийских коня. Не на этих ли красавцев ходил смотреть молодой Ирридар, когда его захватили наемники? Кони были великолепны. Черные, тонконогие, они стояли в стойлах, с подозрением смотрели на меня, тревожно пофыркивая.

А вот и решение первой проблемы, как отсюда выбраться. Я послал коням ментальный позыв (теперь я мог это делать через ауру), успокаивая их и внушая им доверие к себе. Как это у меня получалось, я не понимал. Все происходило на интуитивном уровне. Достал два яблока и стал говорить тихим спокойным голосом:

— Хорошие лошадки, хорошие, — протянув им по яблоку.

Кони с удовольствием слопали яблоки и ткнулись мне в щеки мягкими бархатными носами. Ну вот, доверие между нами было установлено, я погладил их по гривам. Значит, надо собираться.

Оседлал я обоих жеребцов. Жалко было оставлять искусно сделанные лигирийские седла — они, как и кони, считались лучшими на континенте. Это во мне проснулась память молодого тана. Открыл ворота, привязал второго коня к луке седла, сам забрался на своего, более горячего, и не спеша направился на торговый тракт, проходящий чуть в стороне от поместья. Я знал, куда ехать. Мой путь лежал в сторону постоялого двора Руха, где остался дядька Овор.

Блюм Вейс — руководитель департамента Управления административного дознания на станции «Созвездие-57Т», — нахмурившись, читал директиву, спущенную ему командованием пограничных сил закрытого сектора.

— Томас, Отто, зайдите ко мне, — связался он с подчиненными по внутренней связи. — Рина, три чашки кофе в мой кабинет.

Когда Отто и Томас вошли в кабинет своего начальника, их встретил хмурый взгляд Блюма и три чашки дымящегося кофе.

— Ну да! Я позвал начальника оперативного директората господина Отто Краса и начальника директората анализа информации господина Томаса Говарда в рабочее время пить кофе и играть в «пос». Ха-ха три раза. Как смешно! — очень язвительно произнес Блюм Вейс.

— Да ладно, шеф, я пошутил, — примирительно сказал Отто Крас. — Что случилось-то?

— Случилось.