На столе среди грязных тарелок и стаканов стояли две бутылки водки и непочатая бутылка виски.

В квартире было две спальни и в каждой стояло по две кровати. Значит, Миннер мог, не сообщая никому, держать у себя на квартире людей столько, сколько ему было нужно.

Я внимательно оглядел комод снаружи, чтобы убедиться, что здесь нет нитки-ловушки, а затем приступил к методическому обследованию. В ящиках и в шкафу было очень немного вещей, только то, что может уместиться в двух небольших чемоданах. Похоже, Миннер не собирался задерживаться здесь надолго.

Кухня была в еще более страшном состоянии.

Бутылки и стаканы, которые я видел через окно, все еще стояли на столе. В шкафу я обнаружил солидный запас консервов, которые, казалось, были обычным ежедневным рационом хозяина. Тут же, на крюке, висело несколько больших батонов копченой колбасы, распространявшей довольно острый запах чеснока.

Я уже собирался было закрыть шкаф, когда мое внимание привлекла небольшая картонная коробка на верхней полке. Я открыл крышку и увидел три стеклянных флакона, тщательно упакованных в вату. Один из них был наполнен голубоватым порошком.

В двух остальных порошок был белым. Я осторожно открыл и понюхал содержимое флаконов. Белые порошки были определенно стрихнином и какой-то солью синильной кислоты. Запах голубого порошка показался мне знакомым. Я осторожно попробовал его на язык. Это был пентотал — наркотик «правды», прекрасное средство развязывать непокорные языки.

Да, похоже банда приготовилась ко всему. Но я теперь тоже был наготове.

Я продолжал обыск. Мне показалась подозрительной машина для мойки посуды и сушилка, стоявшие в стенной нише.

Вряд ли ими вообще пользовались, если учесть, какой беспорядок был на кухне и в квартире. Я быстро осмотрел моечный барабан. Пусто.

У меня не было никаких определенных подозрений, но я искал оружие. Я открыл сушилку и увидел сверток, который лежал прямо на нагревательных элементах. Я развернул бумагу.

Это была пачка новеньких тысячедолларовых банкнот. Стоило кому-нибудь включить сушилку, и деньги через несколько секунд сгорели бы. Я пересчитал банкноты: 41 000 долларов. Я вытащил из пачки три бумажки, а остальные завернул и положил на место.

Теперь будет за что объявить Алексиса Миннера «персоной нон грата». Но довольная улыбка тут же слетела с моего лица. До моих ушей донесся скрежет наружного замка и голоса за дверью.

Я выхватил из кобуры пистолет и притаился за распахнутой дверью кухни.

По всей видимости, их было трое — профессиональных убийц, и, если я что-то и собирался делать, то должен был поспешить.

Кто-то повернул выключатель. Лампочка вспыхнула на секунду, и в следующее мгновение комната опять погрузилась в темноту.