Вы находитесь на неподвластной мне территории, но коллеги-соседи всегда оказывают друг другу услуги. Не беспокойтесь, инструкции даны, никто, кроме меня, не знает, где вы.

— Я вам уже говорил. Вы мне нравитесь, и вы пугаете меня, а потом, я люблю знать, что готовится на моей кухне. Город наводнен федералами, которые держат меня в темноте, никто не жаждет моих услуг, а это делает меня любопытным.

— Например, относительно парня, спущенного «магнумом-22». Никто даже не удосужился известить меня об этом.

— Между тем ведь кто-то это сделал?

— Один добрый гражданин, который видел, как три человека покинули дом.

.. Вот он и позвонил по телефону. Анонимно, разумеется, — никто не жаждет попасть в скверную историю. Интересуют подробности?

— Если вы сами хотите их мне сообщить, капитан. Но ведь не для этого вы ко мне пришли. А зачем?

— По-моему, вы сегодня не слишком быстро соображаете, мистер Мэнн. А я же вам уже сказал, что убийство произошло на неподвластной мне территории. Я любопытен, вот и все.

— Я не видел вашей машины.

— Меня привез шофер, и он приедет за мной. Я не хочу вмешиваться в ваши дела.

— Вы мне путаете их, капитан.

Так вы скажете про цель вашего посещения?

Жесткая улыбка зародилась в уголках его губ.

— Я произвел небольшое расследование. То, что вы не заросли мхом, — это хорошо, но то, что стали действовать так открыто, — плохо.

— Может, с некоторого времени мне наплевать на это?

— Вы полагаете? Нет больше необходимости?

Хардекер замолчал и несколько секунд пристально смотрел на меня. Его улыбка стала шире. Боже мой! Никакой возможности понять, к чему он клонит.

— Один мой человек кое-что мне сообщил. Знаете ли, у него память просто фотографическая.

Хардекер внимательно наблюдал за моей реакцией.

— Он помнит Элен Левис. Он видел ее два раза с этим вашим типом, от которого остались мелкие кусочки, Генри Франком. А позже видел ее в компании с Агрунски. Я подумал, что вы усмотрите в этом какую-то связь.

— Левис — вражеский агент. Ее апартаменты в Сарасоте — прикрытие.

Улыбка Хардекера медленно погасла.

— Они располагают хорошими кадрами, так?

Незачем было отвечать. Он сам соединил разрозненные кусочки, и знал, о чем говорил.

— Вам не найти эту даму, — продолжил капитан, — у нее никаких особенных примет.

Одна из толпы. Появляется и исчезает, и никто ее вроде не замечает. Они умеют их выбирать...

— Она обязательно появится, не беспокойтесь, капитан.

— Нет, старина. Иначе не была бы по ту сторону.

Широко раскрытыми ладонями он потер ноги, потом потянулся, выпятил грудь и так зевнул, что чуть не свернул себе шею.

— Но ведь они опередили вас и это может привести их к нужному месту раньше?

Хардекер медленно встал, как будто на него давила страшная усталость, но мне такое было знакомо.