К тому же, от вас не потребуется предавать свою страну, рассказывая о её военных и политических секретах. Мистера Мензиса интересуют секреты несколько иного плана. Часть их вы поведали ему лично в Сатандере. Но мистер Мензис почему-то уверен, что вы способны в приятной курортной обстановке вспомнить намного больше, чем он уже слышал от вас. Как видите, речь идёт о секретах не Германии, а её врага. И врага Британии, хотя пока он по какому-то недоразумению продолжает называться нашим союзником.

Действительно, вилла, на которой поселили Шульце, мало напоминала тюрьму. Разве что, ему запрещалось покидать её территорию, вокруг высокого забора которой денно и нощно ходили армейские патрули, а внутри него прогуливались крепкие молодые люди с армейской выправкой, но в гражданском платье.

Старый разведчик наотрез отказался что-либо писать от руки: ещё не хватало, чтобы документы с его автографом когда-нибудь выплыли на свет божий. Поэтому потребовал от капитана Питерса, как звали его куратора, либо пишущую машинку с немецким шрифтом, либо стенографиста, который записывал бы то, что он будет рассказывать.

— К сожалению, стенографиста, способного фиксировать ваши рассказы, мы предоставить не можем из соображений секретности. Сам же я не настолько хорошо владею вашим родным языком, чтобы хотя бы писать по-немецки без ошибок.

Но пишущую машинку разыскали достаточно быстро. И сразу же оберст поставил новое условие: никаких подписей под напечатанными текстами он ставить не будет. И вообще руку приложит лишь к тому, чтобы делать рисунки тех приборов и устройств, о которых он рассказывает. С комментариями и пояснениями в печатном виде.

Питерс оказался не просто сообразительным малым, но ещё и несколько знакомым с темой. Он вовсе не скрывал, что несколько месяцев провёл в Анкаре, занимаясь тем же самым, чем занимался Шульце — охотился за русскими устройствами и приборами, произведёнными явно в будущем. Понятное дело, проявившимися не на германо-советском, а на турецко-советском фронте. Однажды он даже указал на неточность, допущенную полковником на рисунке.

— Видимо, у вас не было возможности подробно рассмотреть фотографии русского геликоптера, которую именно я… м-м-м… передал вашим коллегам из числа военных советников при турецком министерстве обороны, — засмеялся англичанин.

Но интересы капитана касались, прежде всего, внешнего вида русских артефактов. Так что внутренняя суть, устройство и технологии изготовления многих не столь броских внешне приборов стали для него настоящим откровением.

— Да, в Германии производились опыты по телеуправлению как наземных устройств, так и летательных аппаратов.