Я поёжилась, как-то вдруг ощутив, что на улице осенняя ночь:

— Может скажем вилланам, кто ты такой? Все знают о твоей дружбе с королём.

— Не стоит, во-первых, я одет не по-графски, во-вторых, вряд ли здешние вилланы помнят меня в лицо. Да и наша дружба с королём, судя по всему, под большим вопросом.

— Но это же просто слухи.

— Слухи, которым верят.

— Хм… — крепко задумалась. — У тебя есть что-то ценное? Треснутый рубин? Магические артефакты?

— Нет. Рубин остался в карете, а артефакты, взятые у бургомистра под честное слово, закончились.

— У меня тоже пусто.

Все твои подарки я оставила дома, то есть, в замке.

— Почему? — удивился Дориан.

— Они предназначались твоей жене. А мы вроде как… решили расстаться, — развела руками.

— Бескорыстная ты моя, — язвительно хохотнул граф.

— Сама жалею. Сейчас бы обменяли пару изумрудов на коня.

— Вообще-то у меня даже в мыслях не было обменивать подарки на коней, — насупился Дориан.

— Ладно. Пойдём до столицы пешком, — предложила серьёзно. — Какое там расстояние?

— Полночи на коне, — задумчиво ответил граф. — Кстати, есть у меня идея.

Глава 58 Прощальная ночь

Через полчаса ходьбы по дворам мы остановились у местной повитухи.

Это был джекпот. Во-первых, та жила одна, к тому же привыкла не спать ночами. Во-вторых, эта святая женщина единственная из всей деревни не послала нас лесом, узнав, что денег нет. В-третьих, ей постоянно требовалась помощь в хозяйстве. А в-четвёртых и в-главных, благодарные жители частенько дарили ей… всякое.

— Бери Можа, что нам негоже, — ворчала повитуха, открывая дверь в сарай, из которого раздавалось конское ржание. — А что кормить их как-то надо, не думают.

Летом ещё куда ни шло, выпустил и пасутся. Дак ведь скоро зима, куда мне эти коняжки?

«Коняжек» было две. И хотя я не разбиралась в лошадях, да и освещены они были единственной свечой, которую повитуха держала в руке, сразу стало понятно — зверюшки очень старые.

— Возьмём ту, которая не хромает, — произнёс Дориан. — А взамен?

— Взамен… видишь чурочки? — повитуха указала рукой на темнеющую в сумраке двора кучу свежих чурок, от которых несло смолой. — Наколи мне их все, да и забирай любую лошадь.

— Идёт. Где топор? — покрутил головой Дориан.

— Дак ты разве не с утра за работу возьмёшься? — удивилась женщина, но всё же вошла в сарай и вышла из него с большим колуном наперевес.

— Торопимся мы, — шмыгнул носом Дориан.

Повитуха пожала плечами, вероятно, жизнь научила её ничему не удивляться.

Разведя небольшой костёр, граф тут же взялся за работу. Топор в свете пламени так и сверкал, а поленья так и отскакивали в стороны. Я хотела остаться во дворе и помочь с их складыванием, но граф отправил меня в дом, чтобы деревяшкой ненароком не пришибло.