Вот одевалась ярко, любила красные, оранжевые, коралловые платья, алую губную помаду.

– Наверное, она была брюнеткой, – кивнула я, – отсюда и выбор цвета.

– Со всех сторон приятная девочка, – продолжал Игорь Сергеевич. – Приветливая, исполнительная, талантливая, но не болтливая, никто не знал, есть ли у нее ухажер. Правда, секретарь директора заметила, что в последнее время Ясмин была сама не своя, нервничала, допускала ошибки, все у нее из рук валилось. И, кстати, именно секретарша оказалась единственным человеком, кто обронил о Ясмин слово критики. Там вот какая ситуация…

У Гамидовой была неприятная особенность – она ходила совершенно бесшумно. Непонятно, как ей это на каблуках удавалось, но ступала, словно кошка. В здании фирмы запрещено курить, повсюду камеры натыканы, они вмиг нарушителя засекут. Но в туалете видеоаппаратура отсутствует, и там есть окно. И вот стоит один раз эта секретарша в сортире, дымит в форточку. Никого рядом нет, тишина полнейшая. И вдруг за ее спиной раздается мяукающий голос:

– Здравствуйте, Ирина Максимовна!

Тетка чуть цигарку не проглотила. Оборачивается – Ясмин улыбается.

И в приемной у нее девушка как из-под земли возникала. Сидит Ирина за своим столом, смотрит в монитор и внезапно слышит:

– Добрый день! Я принесла папки.

Много раз Гамидова ее так пугала. Впрочем, других тоже. Но ведь не нарочно подкрадывалась, походка такая – словно привидение летит. И голос у нее вроде того, каким гламурные блондинки говорят…

– Похоже, секретарь директора завидовала Ясмин, – вздохнула я, выслушав Якименко. – Красивые, модно одетые девушки, пусть даже и не усыпанные бриллиантами, нравятся не всем женщинам среднего возраста. А вы уверены, что ее убил наш маньяк?

Игорь Сергеевич вытер ладонью лоб.

– Горючая смесь та же. Она находилась в банке из-под колы, жестянка лежала на заднем сиденье. И Ясмин нечего было делать на стройке, она жила на противоположном конце Москвы и работала далеко от места, где погибла. Все, как в случае с Мироном Львовым, Сергеем Марковым и Аленой Косолаповой, бывшими артистами театра «ОЗА». Кстати, пожар около театра «Небеса» выбивался из схемы из-за личности погибшей, но теперь мы знаем, что убить хотели Мускатову, а Светлана тоже ученица Вознесенского. И последний штрих. В крови Ясмин найдены следы того же транквилизатора, что дали и всем остальным жертвам. Незадолго до смерти Гамидова съела пирожное, лекарство, похоже, содержалось в нем. Эксперт сейчас пытается выяснить, что за десерт она употребила, может, удастся узнать, где девушка его купила.

Я начала вертеть в руках телефон.