– Что дед? Мыться, я сказал! И в порядок чтобы себя привели, прежде чем идти завтракать! Вещи чистые и причешитесь!

Стадо из трёх мажоров недовольно ковыляет в сторону душевой. А я смелею. Захожу на просторную светлую террасу. Там уже накрыт стол и вовсю хозяйничает бабушка Дани.

– Садись, деточка! Не напекло? – беспокоится она.

– Вам помочь? – не спешу усаживаться.

– Нет, нет! Ты гостья, так что располагайся. Мы с Арсением после завтрака поедем в город, кое-что прикупить. Мальчики тебя развлекут, участок покажут. Деревню-то ты знаешь.

– Да, – улыбаюсь.

– На озеро можно сходить. Или погуляйте, говорят, в этом году много молодежи. Может, познакомитесь с кем.

– Спасибо!

Арсений Палыч возвращается, одетый в старенькие, но чистые брюки и белую рубашку. Парни шлепают мимо, все мокрые. В полотенцах на бёдрах. Сжимаю ноги от открывшегося зрелища.

– Сейчас переоденемся и придём, Верунчик, – подмигивает мне Даня.

– Не паясничать! – гаркает дед, – Вера, ты с ними построже. Наглые они. Никакой дисциплины! Хотя…"

"Мужчина тепло и по-доброму улыбается.

– Люблю я внука своего. И товарищи его – мальчишки хоть куда. Молодые, кровь кипит, я сам таким был. И знаю, чем это чревато. Себя нужно смолоду контролировать, вот так держать! – он сжимает большую руку в кулак.

– А мне кажется, уж на отдыхе в деревне можно мальчиков подотпустить, – подмигивает мне Людмила Никитична, – пусть проявят себя. Ты-то, дорогой мой, так себя держал, что я понесла в восемнадцать!

– Вот баню построят и будут проявлять, – невозмутимо фыркает мужчина.

– А вот и мы! – моя любимая троица появляется на пороге.

– Ты смотри! – Арсений Палыч разворачивается, довольно ухмыляется, – для девчоночки-то вон как разрядились! Ну садитесь. И ведите себя прилично. А то женилки-то пообрываю!

Осматриваю мажоров. Чистые джинсы, глаженные футболки. Довольные такие стоят. Улыбаются. Это для меня они так стараются? Приятно, блин!

Парни тут же усаживаются рядом со мной. Сашка и Даня по обе стороны, Антоша напротив. От них так приятно пахнет!

– И надушились, ты гляди! – прищуривается генерал в отставке, – как хочется произвести впечатление на красавицу?

– А то! – подмигивает мне Даня, а ладонь Сашки нагло ложится на моё бедро под столом.

Сбрасываю руку наглого мажора. Но он снова сжимает мою ляжку. И это чертовски приятно. По телу пробегает легкая дрожь, а на коже пляшут мурашки.

– Замёрзла? – нежно спрашивает Даня, разворачивается ко мне и улыбается от уха до уха.

– Я… ну… – теряю связь с реальностью рядом с этими сексуальными самцами.

– И долго девушка будет с пустой тарелкой? – хмурится бабушка Дани, – что это за поведение? Тебя разве так воспитывали, Данила?

– Никак нет, – чеканит он, затем накладывает мне завтрак.