– Пусть твой партнер быстро метнется в торговый центр через дорогу, размер, поди, знает!

Я пошла в номер Ивана и наскоро обрисовала проблему. К счастью, Ванька всегда был понятливым.

Через тридцать минут он вернулся с коробкой, в которой лежали серебристые босоножки на тонкой шпильке. Я уже была одета и накрашена, успела даже завить волнами рыжие волосы, отросшие до плеч. Партнер оглядел меня и довольно хмыкнул:

– Иди к себе, – отрезал недовольно Костя, и Иван счел за благо удалиться.

Босоножки сели идеально, я прошлась по номеру, и мы поехали.

Игру я практически не видела – стояла или сидела рядом с Артуром и смотрела только в затылок Кости, от которого веяло напряжением. Напротив сидел его соперник – лысый мужик с плечами заправского качка, казалось, рукава рубахи вот-вот лопнут. Лицо его было сосредоточенным, а глаза – злыми, хотя внешне он казался спокойным. Клёпа, седой морщинистый старичок в потертом пиджаке, сидел в кресле сбоку от карточного стола и, похоже, дремал, но Арик объяснил мне, что старик все видит и слышит даже шелест карт, по которому может определить, как идет игра.

Костя выигрывал партию за партией, Финн мрачнел, то и дело отхлебывал из стакана, который ему передавал стоявший за его спиной молодой парень. Когда финальная партия закончилась и Костя с довольной ухмылкой кивнул Арику, чтобы тот собрал деньги, Финн вдруг приблизился к нам и прошипел Косте на ухо:

– Ты отсюда не выйдешь, ара.

– Посмотрим, – спокойно сказал Костя, крепко сжав мою руку.

– Вы, молодой человек, не кипишуйте, – раздался дребезжащий голос Клёпы. – Вас сейчас мои ребята проводят, – это относилось к Финну. – И не дай вам, юноша, бог накосячить чего. Я понятно объяснил? За давление на соперника в нашей компании по голове не гладят.

– Что? – попытался разыграть удивление Финн, но старый Клёпа, видимо, не таких насквозь видел:

– Юноша, мне не хотелось бы терзать девочку воспоминаниями, но вряд ли ей понравилось, как ваши люди ее на катере по Финскому заливу катали. Неплохо бы извиниться перед барышней. – Сам он при этом учтиво склонился и поцеловал мне руку.

– Не нужно извинений, Клёпа. Жена не сердится. – Костя демонстративно поцеловал меня в щеку и устремил на Финна насмешливый взгляд: – Ну, будете у нас в Сибири…

– А я буду, – вдруг осклабился Финн. – Непременно буду, жди, Костя-джан.

И, круто развернувшись, он вышел из зала, сопровождаемый своей свитой и людьми Клёпы, которые должны были, видимо, проконтролировать, чтобы нас с Костей не ждали.

Вечер мы провели в ресторане вдвоем. Костя почти не пил, все смотрел на меня и расслабленно улыбался.

– А знаешь, даже хорошо, что все так вышло, – сказал он. – Этот город принес мне удачу.