– И что, оставишь меня умирать? – Питер ударил ладонями по грязи, забрызгав ею лицо. – Ты ведь такой благородный, не чета тем контрабандистам. Но разве то, что ты сейчас делаешь, не убийство?

– Я тебя не трогал, – холодно ответил Бен. – Даже пальцем не коснулся.

Питер глубоко вздохнул и улыбнулся, на его щеках появились знакомые ямочки.

– Да брось, Бен, – сказал он. – Мы ведь братья, и даже больше – близнецы. Мы части одного целого, Бен. Признай же: я всегда был рядом, когда ты нуждался во мне. Я и сейчас рядом, и буду рядом всегда.

Бен как будто не слушал. Он оглядывался, ища что-то, а потом ушел по тропинке и вскоре вернулся с длинной палкой.

– Отлично, Бен. – В голосе Питера послышалось облегчение. – Вот это дельная мысль.

Бен протянул палку, дюйм за дюймом проталкивая ее между рук Питера, пока она не оказалась прямо у его ухмыляющегося лица, и резко ткнул вперед, ударив брата в нос и оглушив его.

Из носа у Питера сразу закапала кровь. Бен ударил снова. Лицо у Питера было в грязи, оглушенный, он не мог разглядеть брата и пытался различить впереди хотя бы размытые формы, но вдруг палка уперлась ему в грудь, и Бен налег на нее изо всех сил, толкая Питера от берега, все глубже в болото.

Питер попытался выдернуть палку из рук Бена, но безуспешно. От мокрой грязи его руки отяжелели и стали скользкими. Сил у него почти не осталось. Все было кончено.

– А знаешь, – сказал Питер с горечью и выплюнул кровь; грязь доходила ему уже до подбородка. – Если я умру здесь, то заберу тебя с собой.

– И как же ты это сделаешь? – спросил Бен, сильно ткнув брата палкой в грудь.

– Ты не забыл про таможенников? – прошипел тот. – Они будут рады отомстить за убитого товарища.

Бен уставился на Питера.

– Ты же сказал, контрабандисты просто нас пугают, – сказал Бен. – Да и как таможенники меня найдут?

Бен ударил вопящего брата концом палки в лицо и налег на нее изо всех сил, пока жижа не залилась Питеру в открытый рот, а его крики не превратились в бульканье грязи. Только выпученные глаза выделялись на его испачканном лице, перекошенном от ярости и страха. Еще один удар, и Питер погрузится в хлябь еще глубже, болото с жадным хлюпаньем поглотит его, а на поверхности не останется ни ряби, ни пузырей, как будто Питера никогда здесь и не было.

Но, к ужасу Бена, вокруг стали появляться фонари, вспыхивая на горизонте словно светляки. Его охватила паника. Он слышал, что иногда охотники на контрабандистов ходят с собаками, а может, они даже на лошадях – и уж точно знают болота лучше него.

Он бросил палку и побежал, костеря Питера на ходу. Он бежал, не смея оглянуться, и понял, что несется к «Черной лошади».