– Чего? – рассердилась я. – Это ты вызвался помогать подружке. Я тут при чем? Я видела детей только по телевизору в рекламе детского питания.

– Сама навязалась за компанию.

– Нужна мне твоя компания! Я думала, мы будем разыскивать Вадима, а не работать няньками.

Плач становился настойчивее. Нам не оставалось ничего другого, как подняться с дивана и осторожно направиться к детской комнате. Мы крались, будто к логову злого тролля. Нам еще грабель и зажженных факелов в руках не хватало. В какой-то момент мне стало смешно, и я, расхохотавшись, схватила Егора за руку:

– Слушай, расслабься.

Что мы, вдвоем не справимся? Она меньше нас в два с половиной раза! По крайней мере, тебя – точно.

Я осмотрела Егора, рост которого точно за сто восемьдесят сантиметров.

– А если ей придется менять подгузники? – с ужасом произнес Корней.

Это мне в голову пока не приходило. Меня гораздо сильнее волновало, как мы сможем успокоить Алису, потому как плач не прекращался.

– Эту проблему мы решим по мере поступления, – философски сказала я, – пока нам нужно ее успокоить.

Но сказать легко, а как это сделать? Впервые в жизни я взяла младенца на руки, но Алиса продолжала орать так, что у меня закладывало уши.

– Сделай же что-нибудь! – взмолился Корней.

– Что? – огрызнулась я. – Она меня впервые в жизни видит! Конечно, я ей не нравлюсь. И если ты такой умный…

Я вспомнила о рекомендациях на холодильнике, бесцеремонно вручила орущую Алису Егору и метнулась на кухню.

Детский крик по-прежнему стоял у меня в ушах. Я несколько раз прочитала одну и ту же строчку в записке, стараясь понять неразборчивый почерк Маргариты. До меня не сразу дошло, что в комнате вдруг стало как-то подозрительно тихо.

В первую очередь полезли в голову глупые мысли о том, что Корней мог навредить ребенку. Я поскакала обратно в комнату, где Егор носил Алису на руках из стороны в сторону и напевал песню «От винта»:

– От-от-винта… – не выдержала и подпела я.

Егор развернулся и, явно стушевавшись, уставился на меня. Алиса молча разглядывала его лицо и неуверенно улыбалась. Теперь, когда она не орала, да еще и с нового ракурса, я смогла лучше разглядеть малышку. Алиса оказалась копией Маргариты. И это очень хорошо, подумала я.

Наверное, было б настоящей пыткой для Марго, если бы дочь походила на своего отца, которого вычеркнули из жизни…

– Кто-то тоже любит «Смешариков», – засмеялась я.

Корней немного растерянно усмехнулся.

– Ага, как видишь, я ей понравился.

Алиса покорно сидела на руках у Корнея. Мне даже стало немного обидно, что успокоить ребенка удалось именно ему. Правда, мне и в голову не пришло запеть. Я просто носилась с Алисой по комнате как полоумная.

– Держи, – Егор протянул мне ребенка.