И что их, в отличие от убийц Руслана Салиховича, обязательно посадят!

Положение усложнялось еще и тем, что двум из московских участников драки исполнилось по пятнадцать лет и формально их могли привлечь к ответственности за соучастие в убийстве.

Но если бы дело было только в следователях!..

В школе собравшиеся на собрание родители единогласно решили потребовать от администрации, чтобы «малолетних убийц» и заодно всех остальных «черных» убрали из класса, а лучше из школы. Родители беспокоились за жизнь своих детишек. Хотя их «детишки» уже несколько раз подкарауливали и грозили прибить чеченцев, если только они не уберутся из Москвы.

Дети были даже более радикальны, чем их родители, которые готовы были удовлетвориться выдворением «кавказцев» из стен школы.

Учителя, мямля и пряча глаза, намекали, что их детям лучше было бы перевестись куда-нибудь от греха подальше, в другую школу, и даже называли адреса.

Как-то незаметно, но споро и катастрофически их уютный и прочный, в котором они жили всю свою жизнь, мир стал рушиться. Только что они были детьми и внуками уважаемого московского профессора, а стали «кавказцами», от которых, как от чумных, шарахались все.

Поначалу они пытались понять и оправдать горячность родительских комитетов и соседей, которые запретили своим детям играть с их детьми. Но понять и простить им мешала еще одна жертва — затоптанный хулиганами до смерти профессор, чеченец по национальности, Руслан Салихович — их отец и дед.

Уж так все сошлось!..

Потом их детей забрали в милицию, где, в нарушение всех правил, продержали чуть не три месяца, «выдавливая» из них признательные показания.

Кавказские дела были тогда в большой моде, и следователь надеялся с его помощью пробить себе внеочередное повышение по службе. И малость переусердствовал.

Нет, мальчишек не били и не пытали, но каждый день напоминали, кто они такие есть. Когда они вышли из тюряги домой, они твердо усвоили, что они никакие не москвичи, а «чехи». И что их друзья не одноклассники и дворовые пацаны, а «лица кавказской» национальности. Такие же, как они.

Их маленький, многоцветный, как радуга, детский мирок поляризовался, распавшись на два цвета — черный и белый.

Без оттенков. Где «черные» были свои, а «белые» — чужие.

Их жизненная позиция определилась.

По национальному признаку.

Почему-то считается, что в службе внешней разведки работают исключительно джеймсы бонды, которые стреляют через плечо отравленными пулями, прыгают на полном ходу с самолетов и подпоясываются исключительно черными поясами.

Хотя на самом деле там в большинстве своем трудятся «белые воротнички».