Повисла тишина, потом я спросила:

– Как это понять – «непредвиденный»?

– Это захоронение не значится ни в одном из официальных списков, – ответил мне мистер Джоплин, разглаживая листок с написанными от руки именами. – Этой могилы просто не должно там быть.

– Могилу нашла одна из наших экстрасенсов, – сказал Сандерс, и его хитроватое лицо вдруг сделалось очень серьезным. – После этого она сразу же заболела и не смогла продолжать работу. Затем камень пытались осмотреть два других парапсихолога. Обе жаловались после этого на страшную головную боль, при этом одна сказала, будто ей казалось, что за ней кто-то наблюдает, а другая после осмотра камня настолько ослабла, что ее пришлось уводить под руки.

При этом обе они не смогли заставить себя приблизиться к камню ближе чем на три метра. Конечно, не мне судить, насколько все это может быть серьезно, – хмыкнул мистер Сандерс. – Вам-то известно, что за народ эти экстрасенсы.

– Известно, – сухо ответил Локвуд. – Я сам экстрасенс.

– А я нет, – продолжил Сандерс. – Ничего такого я не чувствую. Обычный человек. Надеюсь на серебряные обереги.

 – Он похлопал ладонью по серебряной заколке на своей шляпе. – Поэтому я подошел к камню, наклонился, посмотрел, счистил мох и лишайник. И нашел два выбитых на граните слова, – здесь его голос внезапно упал до шепота. – Два слова.

– Ну, говорите, что это за два слова, – поторопил его Локвуд.

Мистер Сандерс облизнул свои пересохшие губы. Сглотнул. Было видно, до чего ему не хочется говорить.

– Имя, – прошептал он наконец. – Но не просто имя.

Сандерс подался вперед, его длинные колени оказались в опасной близости от стоящих на столике чашек.

Локвуд, Джордж и я дружно наклонились ближе к мистеру Сандерсу, в гостиной воцарилась странная атмосфера – любопытство пополам с ужасом. Мистер Джоплин от волнения снова выронил на ковер часть своих бумаг. В небе за окном облако наползло на солнце, в гостиной потемнело.

Мистер Сандерс глубоко вздохнул и заговорил, стремительно переходя от шепота почти на крик:

– Вам о чем-нибудь говорит имя Эдмунд Бикерстаф? – Последние слова эхом разнеслись по гостиной, отражаясь от амулетов для изгнания злых духов.

– По чести сказать, ни о чем, – ответил Локвуд.

Мистер Сандерс откинулся на спинку дивана:

– Ну, если откровенно, то я тоже о нем никогда раньше не слышал. Но Джоплину, который любит совать свой нос в дела давно минувших дней, это имя оказалось известно, да еще как. Верно? – Он снова подпихнул маленького архивариуса в бок локтем. – И услышав его, наш Джоплин занервничал.

Мистер Джоплин жалобно хихикнул, копаясь в своих разложенных на коленях бумагах.

– Ну, я не то чтобы занервничал, мистер Локвуд, просто насторожился.