– Но у Винкмана этих стоек нет, – заметила я.

– У него, разумеется, нет. Джек Карвер не брал штатив, верно? Его забрал кто-то другой, причем уже после того, как была сделана та фотография. – Он загадочно посмотрел на меня и добавил: – И теперь я совершенно точно знаю, кто это сделал.

К сожалению, это в характере Локвуда – бросить мимоходом дразнящий кусочек информации, причем в самый неподходящий момент, и мучайся потом. Разумеется, мне не терпелось узнать, кого он подозревает, и я обязательно выдавила бы из него все, что нужно, но в этот момент Винкман попросил участников аукциона разойтись по своим местам.

Похоже, сейчас должны были начаться торги.

– Где же Джордж? – Локвуд взглянул на часы. – Почему он запаздывает?

– Джентльмены, – сказал Винкман. – Вы посовещались со своими консультантами-экстрасенсами? Если у вас нет вопросов, то давайте приступим к делу, а то, сами понимаете, время поджимает. Как я уже сказал, стартовая цена этого уникального предмета…

Но молодой человек с пшеничными усами вновь поднял руку:

– Погодите. У меня есть вопрос.

– Конечно, конечно, – еще шире осклабился Винкман.

 – Прошу вас.

– Вы упомянули об определенных рисках, связанных с влиянием потусторонних сил. А как насчет вполне земной уголовщины? Я имею в виду убийство Джека Карвера. Говорят, что Карвер принес вам зеркало, а затем получил от вас кинжал в спину. Нас, в принципе, мало интересуют ваши методы работы, но и внимания к себе никому из нас привлекать не хочется. А убийство Карвера и пропажу зеркала сейчас расследуют ДЕПИК и несколько агентств.

Краешки губ Винкмана резко дернулись вниз.

– Позвольте напомнить вам, джентльмены, о наших предыдущих встречах.

Скажите, разве я когда-нибудь нарушал наши соглашения? Разве вы были когда-нибудь недовольны предметами, которые я вам продал? Разрешите мне сказать вам две вещи. Первое: я никогда не нанимал Карвера, и для этой работы в том числе. Он сам вышел на меня. Второе: я купил у него этот предмет – честно, законно, за большие деньги. После этого Карвер ушел от меня в полном здравии. Я не убивал его, – с этими словами Джулиус Винкман приложил свою огромную ладонь к груди, к тому месту, где у него, по идее, должно было находиться сердце.  – За все, что сказано, я отвечаю и клянусь головой своего маленького сына, Леопольда. А что касается ДЕПИК и всяких разных агентств… – Он длинно и смачно сплюнул на пол. – Вот что я о них думаю. Впрочем, если кто-то из вас боится, ему ничто не мешает покинуть аукцион до начала торгов. – Винкман шагнул вперед, встал в центре освещенной площадки и широко раскинул руки. – Итак?

В этот момент за одним из окон мелькнул неяркий огонек.