Только где? Локвуд тоже присматривался к нему, потом наклонился ко мне и что-то пробормотал сквозь маску.

– Что? – шепнула я в ответ. – Не могу разобрать, что ты говоришь.

Локвуд задрал нижний край балаклавы:

– Где только Джордж берет такие штуковины? Неужели нельзя было достать маску с прорезью для рта?.. Так вот, я сказал, что этот молодой человек, что сидит ближе к нам, – он тоже был на приеме. Мы видели, как он беседовал с Пенелопой Фиттис, помнишь?

Да, конечно, теперь я его вспомнила. Он был в зале, где проходил прием, стоял в толпе в том самом галстуке, который сейчас выглядывал из-под воротника его элегантного коричневого летнего пальто.

– Клиенты Винкмана – это, как правило, люди из высшего общества, – прошептал Локвуд. – Интересно, кто бы это мог быть…

Первый лот аукциона – портсигар – ушел к человеку в полосатом костюме. Рассыпая улыбки и кивая, Винкман перешел к шкафчику с ржавым мечом, но, прежде чем он успел заговорить, поднял руку «наш» молодой блондин. На руках у него были светло-коричневые перчатки из шкурки ягненка или какого-то другого зверька – маленького, милого и убитого ради этих перчаток.

– Главный лот, пожалуйста, мистер Винкман. Вы же знаете, за чем мы все пришли.

– Так быстро? – недовольно спросил Винкман. – Но послушайте, я хочу вначале предложить вам подлинное оружие крестоносца. Это французский клинок, в котором, как мы полагаем, заключен настоящий древний Спектр, или Рейз, возможно, дух одного из убитых этим мечом сарацин. Эта редкостная вещь…

– …совершенно не интересует меня сегодня, – перебил Винкмана молодой блондин. – У меня уже есть несколько похожих клинков. Покажите нам зеркало, о котором мы столько наслышаны, и предоставьте нам самим выбирать, какой лот будет следующим.

Другие джентльмены не возражают?

Он огляделся по сторонам. Бородатый мужчина кивнул. Мужчина в полосатом костюме согласно махнул рукой.

– Видите, Винкман? – сказал молодой человек. – Давайте, не тяните, показывайте ваше сокровище.

Улыбка на лице Джулиуса Винкмана осталась прежней, однако мне показалось, что его глаза за блестящими стеклами пенсне прищурились.

– Разумеется, разумеется! Вы всегда так открыто и честно высказываете свои пожелания, милорд! Именно поэтому мы так высоко ценим ваш выбор! Что ж, в таком случае извольте! – Он протянул ручищу, взялся за черную ткань, прикрывавшую стоящий на отдельном столике предмет.

 – Позвольте предложить вашему вниманию уникальнейшую вещь, за которой последние несколько дней безуспешно гоняются лучшие сыщики из ДЕПИК. Друзья, перед вами костяное стекло Эдмунда Бикерстафа!

Мы так долго гонялись за этим предметом, что мое подсознание наполнило его мифическим, магическим и ужасным смыслом.