И вообще всякого дерьма собачьего.

Потом он повернулся, собираясь обойти автомобиль спереди. Но тяжелая рука резко опустилась на его плечо, цепко, сноровисто, привычно захватывая ткань куртки, с силой потянула назад. Мужчина вроде бы не стал сопротивляться, послушно переместился в ту сторону, куда его тащили, но по пути словно невзначай саданул водителя «Ауди» коленом в пах. В следующее мгновенье он быстро сделал шаг назад и, удерживая на своем плече схватившую его руку, ударил парня ногой. Удар получился молниеносным, мощным, он пришелся в низ груди противника, отчего тот сильно дернулся и сразу же тяжело рухнул рядом с автомобилем.

Секундой позже распахнулась дверца с противоположной стороны автомобиля, это выскочил товарищ упавшего. Он мгновенно сократил расстояние до мужчины, огибая капот по самой короткой дуге, и сразу, не останавливаясь, «выстрелил» в обидчика своего партнера пяткой правой ноги, метя в подбородок. Нога выпрямилась очень быстро, с совершенством и точностью механизма. Если бы удар достиг цели, мужчина в джинсовой куртке наверняка бы отправился в нокаут — в лучшем для него случае. Но он гибко качнулся в сторону, ловя бьющую ногу, затем сам ударил ногой, точно попав в пах раскорячившегося агрессора. Последовавший чуть позже удар рукой в челюсть снизу, нанесенный как-то небрежно, даже лениво, довершил комбинацию.

— Браво! — послышался возглас откуда-то со стороны.

Мужчина в джинсовой куртке оглянулся.

Человек в камуфляжном бушлате, таких же пятнистых брюках и высоких шнурованных ботинках, словно бы отклеившийся от стены невзрачного строения, медленно поднял ладони на уровень груди и изобразил аплодисменты. Узкое смуглое лицо с чуть выдающимися скулами, серые насмешливые глаза с опущенными уголками век, аккуратно подстриженные черные усы.

— Круто ты с ними поступил. Ладно, ребята, все о'кей, — это уже относилось к поверженным, которые успели прийти в себя, хотя и не настолько, чтобы представлять реальную угрозу для их обидчика. — За «пушки» только не вздумайте хвататься — в этом случае последствия похуже могут быть, — тон камуфляжного был ровен, словно повторял скучную лекцию, но все же что-то в его облике заставило «ребят» послушно вернуться в «Ауди».

Мужчина в джинсовой куртке проводил ретировавшихся мрачным взглядом и повернулся, собираясь продолжить свой путь.

— Послушай, мужик, а ведь тебя Валерием Николаевичем зовут, я угадал?

Вопрос камуфляжного удержал его на месте.

— Считай, что угадал, — теперь мужчина внимательно изучал смуглое лицо, усы.

— Вот, — продолжил черноусый, неспешно приближаясь.— Я тебя помню, а ты меня вряд ли. Лет пятнадцать с тех пор прошло. Меня к тебе в зал приводили, в доджо. Школа Бирюкова — самая знаменитая из всех оппозиционных школ.