Если же его поставить перед фактом, то он неизбежно почувствует дискомфорт. Дискомфорт – это точно не то, что украсит наши страстные отношения.

Еще и учеба совсем скоро. Вот этот вопрос поднять придется.

– Вероника Ивановна, распоряжения Александра Дмитриевича не изменились? Хотелось бы расторгнуть трудовой договор до первого сентября.

– Карина, – ее голос прозвучал неожиданно мягко. – Ну неужели ты до сих пор не поняла? Не надо пытаться перепрыгнуть через Александра Дмитриевича. Поговори с ним – спокойно и прямо, а потом уже рассчитывай разойтись без финансовых претензий.

Сколько же удовольствий мне принесла та самая разбитая ваза! И сложно теперь о ней жалеть. Да и сейчас я все еще не могу воспринимать ту вазу проблемой. Быть может, потому что ни в одну неприятность она все еще не вылилась. Так пора проверять историю и в этом направлении.

На неделе я закончила работу пораньше. Уже на выходе столкнулась с Тимуром. Парень заметил с хитрой улыбкой:

– Ты теперь решила и меня избегать?

– А кого я еще избегаю? – уловила я важное.

– Так босса нашего! Или будешь утверждать, что ничего такого между вами не было, а теперь не приезжаешь специально в то время, когда он точно не объявится?

– Было, – спокойно признала я. – Много чего было, Тимур. Но я его не избегаю.

Тимур очень хорошо ко мне относится, это факт. И догадывался о деталях, хотя прямых признаний до сих пор не было. Но на его же глазах уже случалось несколько сцен, которые обязательно должны были натолкнуть на мысль. И теперь, словно благодаря меня за откровенность, он коснулся моего плеча и затараторил тихим голосом:

– А теперь что делать собираешься? А, понял! Все мужчины, а особенно такие, как наш Дмитрич, – охотники. Самое время от него бежать, чтобы ему захотелось догонять. Правильно мыслишь, Карин! Хоть и рискованно. Но тут или пан, или пропал.

– Ты неправильно понял, – улыбнулась я. – Не собираюсь я ни от кого убегать. Наоборот, еду домой, чтобы привести себя в порядок, отдохнуть, а вечером сюда вернуться.

– А в чем стратегия?

– Нет никакой стратегии, – я, смеясь, развела руками. – Мы просто хорошо проводим время вдвоем.

– Но… Карина! – парень заговорил эмоциональнее. – Ты красавица и умница. Да и попросту хороший человек, каких сейчас немного! Тебе ли быть расходным материалом для какого-то там избалованного пижона? Не подумай, что осуждаю или что-то в этом духе. Переживаю за то, чем все это закончится.

– А ты возьми и не переживай, – отвесила я, снова поворачиваясь к двери. – Я ведь не переживаю.

Итак, даже беззлобный и дружески настроенный Тимур напрягся. Представила лицо матери, если бы я ей рассказала текущее положение дел. В глазах любого я – расходный материал для пижона.