Или я все-таки недооцениваю значимость взаимного удовольствия?

Не знаю, кто из нас улыбался ехиднее. Но улыбка Александра Дмитриевича выглядела все же на полпроцента победоноснее моей. Я высказалась, когда мы уже ехали по оживленной улице:

– Вы улыбаетесь так, будто в лотерею выиграли!

– Я по жизни победитель.

– Чувствуете, что меня переиграли? Так ничего подобного!

– Совсем ничего? – он рассмеялся дороге.

Я пожала плечами и выдала первое, что пришло в голову:

– Если бы не хотела, так меня бы здесь не было. Но еще и вас через весь город протащила. Занятой крутой босс бросается за мной, чтобы делать то, чего я от него и хочу. Так и кто из нас победитель?

– Карина! – он не скрывал смеха. – Это почти признание в неконтролируемом желании! Призналась бы часом раньше, то с подругой бы уже уйти не смогла.

– Так это тоже была стратегия, Александр Дмитриевич! – я невольно заражалась его настроением. – И Галя не заподозрила подвоха, и я ничего не потеряла. А уж самооценка как поднялась…

– У меня тоже все поднимается от таких разговоров. Думаешь, дело в самооценке?

– Само собой! Как представлю, что вы места себе не находили без меня, так у меня либидо жжется! А если бы не позвонила, вы бы заплакали? Давайте честно, заплакали бы?

– Ух, Карин, нарываешься на жестокое изнасилование.

– Вы за собой присматривайте – как бы вас не изнасиловали! – я уже тоже хохотала в голос.

– Воу, полегче, я за рулем! Ты мне такие картинки пока не подкидывай, если не хочешь в аварию. Сменим тему на нейтральную. Что ты там хотела выяснить?

Я немного успокоилась и вспомнила:

– А, да. Галя сегодня сказала, что никто не заморачивается с расшифровкой изображений с камер, если не прижмет. И что для того нужно привлекать каких-то специалистов и особое оборудование. Это так?

Он ответил задумчиво:

– Ну да. А к чему вопрос?

– Ничего особенного… – я не хотела заканчивать.

Но он догадался и вновь начал улыбаться:

– Боишься, нет ли на той записи нас? Ведь мы не особенно стеснялись.

– Примерно это я и подумала, – вздохнула. – Но теперь надеюсь, что вы не станете эти записи расшифровывать только для того, чтобы посмотреть на нас в кадре.

– Нет, само собой. Глупые затраты времени и ресурсов ради смазанных черно-белых кадров, да и посторонние увидят, – ответил начальник успокаивающе и сразу удивил: – Но идея прекрасная.

– Черт, это снова не нейтральная тема. У меня уже руки дрожат. Так что лучше замолкни – нашего общего здоровья ради.

Узнать суть новой мысли мне пришлось уже на месте. Александр Дмитриевич притянул меня к себе и жадно поцеловал, распаляя, но довольно быстро отстранился.

– Пять минут, Карина. Подожди.

И пошел на второй этаж. Я недоуменно осмотрелась – сахар до сих пор на полу.