Даже там, в воспоминаниях, неотразим и коварно сексуален, как и сейчас. Он что-то говорит, но разобрать я не могу, да и не берусь, просто наблюдаю. В груди только сердце бьется так быстро, что хочется руку положить и удержать его, чтобы не выпрыгнуло наружу, а в мыслях суматоха и неопределенность. Мужчина подходит к Иде вплотную и опускает руки ей на плечи, от чего та становится на колени перед ним.

Я зажмурила глаза и головой закрутила так сильно, словно пыталась выбросить все эти видения в мусорный ящик. Не хочу, не хочу, не хочу ничего знать о том, что было дальше. Но фантазия сработала на все сто, и передо мной уже вырисовались все те картинки, которые могли последовать за этой коленопреклоненной позой. А в это время Принц уже открыл дверь и подтолкнул меня внутрь.

— Стой здесь, — голос холодной сталью прошелся по моим напряженным нервам, от чего пальцы на руках онемели, и руки проняла мелкая дрожь.

Принц скрылся за ширмой лишь на несколько минут, я даже прийти в себя не успела, только оглянулась по сторонам в поисках Ангела, но в комнате никого кроме нас не было.

— Ну, что ты трясешься, Лейалана? — слышу голос мужчины.

Взгляд упирается в его голый торс и скользит чуть ниже, туда, где узкое полотнище прикрывает мужское естество. Закусываю губу, и меня посещает мысль о том, что я совсем порочной и развратной женщиной стала всего за несколько суток, проведенных здесь. Как я могу думать о сексе с этим убийцей, если только полчаса назад его руки окропила кровь невинного человека? Я закрыла глаза. Сейчас стала мерзка сама себе и попыталась усилием воли затолкать чувство похоти куда подальше.

— Ты замерзла?

Голос Принца вдруг резко меняет тональность. Теперь он глубоким тембром будто ласкает меня изнутри. Это невозможно изменить, он по ходу дела теперь имеет власть не только над моим телом, но и над мозгами, превращая меня в свою марионетку.

— Нет.

Сопротивляться бесполезно, я это чувствую, ему стоит только надавить, и мое тело сдастся, предаст меня, как, впрочем, и сила воли, которая до последнего пытается противостоять откровенной сексуальности этого мужчины.

— Тогда, — его ладони ложатся мне на бедра, и он разворачивает меня к себе спиной, — я думаю, нам стоит продолжить начатое.

— Что? — выдыхаю я."

"— А что ты думала, кошечка, что сможешь ускользнуть от меня?

Он подталкивает меня к широкой кровати, устланной белыми покрывалами, и я понимаю, что не имею права сопротивляться, не имею права отказать, в этом мире я не имею права ни на что.