Или это от того, что я снова один? Легко выдумывать хитрые способы и давать мудрые советы, сидя в безопасности, и совсем иное – остаться с ней с глазу на глаз. Вон… чапает по гати. И не поскользнется ж ни разу, сволочь. Ну, оступись, зараза…

Бог или дьявол, но кто-то мои мольбы услышал. Татарин взмахнул руками и плюхнулся в воду. Что было встречено дружным хохотом сородичей. Правда, смех очень быстро затих, когда басурмане поняли, что самостоятельно разведчик из водоема не выберется. Во всяком случае, быстро.

По оставленным им вехам двое голомозых, опираясь на копья, поспешили на помощь.

И общими усилиями вытащили незадачливого товарища. Обговорили между собой что-то, я не понял ни слова, и разведчик продолжил искать проход, а спасатели вернулись к остальным. Только теперь шли гораздо медленнее, и каждый шаг прощупывали копьями. Видимо, упавший сообщил сородичам о коварном дне запруды.

Ну, как бы там ни было, несколько лишних минут это нам подарило. Мне – чтобы побороть неуверенность – не может навевать страх тот, кто смешон, а остальным на подготовку. Жаль только, что Василий не удосужился посвятить меня в подробности.

Может, моя идея была круче, ну да теперь пойме тмолько после того, как все завершится.

Тем временем татарин уже вышел на последний, прямой отрезок и мог бы выбраться на берег буквально за считаные минуты, если б знал об этом. Но, к счастью, басурман оставался в неведении, а купели хватило, чтобы он по-прежнему внимательно прощупывал гать, прежде чем шагнуть.

И все же ничто не тянется вечно. Вот и басурман таки дошел. Выбрался на сушу и отряхнулся, словно зверь. Впрочем, меховая шапка, тулуп наизнанку делали его весьма похожим на волка.

Не матерого зверюгу, но все равно достаточно опасного, чтобы отнестись пренебрежительно.

Заглядевшись на врага, я чуть не позабыл о приказе Полупуда. А когда вспомнил, шагнул за дерево и дважды крикнул пугачом.

Услышал казак сигнал или нет, не знаю, а татарин отреагировал весьма живо. Упал на землю, перекатился пару раз и, быстро-быстро перебирая всеми конечностями, на четвереньках метнулся в ближайшие кусты. Остальные басурмане, все еще остающиеся на другом берегу, тоже то ли услышали пугача, то ли заметили маневры разведчика, но мигом ощетинились луками.

Стрелять, правда, не стали. Не расслышали или правда, в дождь у них с этим делом не очень?

Это радует. Если дождь помеха, то уж падение в воду и того круче будет. Лишь бы Полупуд успел.

Стоп! Вот же я тупой! Что он в любом случае должен сделать? Добраться до гати под водой и привязать к ней веревки. Незаметно! А как он это сделает, если и с одного берега, и с другого на запруду татары глядят? Вот… Тем, что напротив, я помешать не могу, а который рядом – отвлечь обязан.

Значит, вызываем огонь на себя.