Я тоже переоделся и вышел на кухню в надежде чего-нибудь погрызть. За окном совершенно стемнело. Потихоньку начиналась метель. Носились снежинки. В отдалении, за лесом, светилась молочным светом освещенная гора. Я налил себе кофе и сделал пару бутербродов с корейкой. Свежий воздух и физические упражнения пробуждали прямо-таки волчий аппетит.

Наступление Нового года совершенно не чувствовалось. По телевизору не веселились дежурные юмористы, не раздавались нервные звонки от знакомых с поздравлениями, никто в сумасшедшем темпе не кромсал картошку и колбасу для салатика оливье.

Скоро вернулась из своего коттеджа Леся. Она по-прежнему была одета по-спортивному, только сменила промокшие от снега брюки и зачем-то нацепила сноубордические ботинки.

— Можно тебя на два слова? — обратилась она ко мне.

Я накинул куртку, и мы вышли на улицу.

— Мне нужна твоя помощь, — с подкупающей простотой заявила Леся.

Не буду говорить за весь сильный пол, но подобные просьбы, исходящие от девушек, всегда вдохновляют меня на действия.

— Я готов, — безо всяких ужимок и предварительных условий ответствовал я.

— Начинается снег, — молвила студентка, — и я должна осмотреть место преступления.

Пока все не занесло.

— Преступления?! – воскликнул я. — С чего ты решила, что случилось преступление?

— Валуны просто так на головы живым людям не падают, — лапидарно ответила девушка.

— Но зачем тебе это надо?! – удивился я.

— Знаешь, — с неожиданной прямотой проговорила Леся, — мне как-то не по себе от того, что рядом с нами — потенциальный убийца.

— По-моему, ты все усложняешь и преувеличиваешь, — я откровенно высказал свое мнение.

Леся не стала вступать в дискуссию, только пожала плечами.

— Если хочешь помочь, бери свой борд, и пошли, — сказала она.

Девушка посмотрела на меня, как на умственно отсталого.

— На гору. Я узнала точно, где это случилось. Карта у меня с собой. Поможешь мне ориентироваться.

Никому не сказавши о своей экспедиции, мы взяли сноуборды и направились к горе. Метель разыгрывалась все сильнее. Вниз неслись целые хлопья. Девушка озабоченно посматривала в черное небо.

На горе царило обычное оживление. Про наступающий Новый год будто забыли. Двери в «летающей тарелке» не закрывались, народ входил-выходил.

Мы купили по трехчасовому скипасу (девушка решительно отвергла мою попытку заплатить за нее) и поднялись на гондоле на гору. Отсюда к месту драмы надо было спускаться на бордах. Леся довольно неуклюже нацепила доску и неуверенно промолвила: «Поедем, что ли?» Я готов был поклясться, что девушка становится на сноуборд во второй, много — третий раз в своей жизни. Мы очень-очень медленно заскользили вниз.

— Если будешь терять равновесие, лучше сразу падай на бок, — предупредил я ее.