– Он протянул мне мой пистолет, который достал из небольшого кейса.

Я растерянно взглянул на Славика:

– Ты посмотри внимательно. – Славик был невозмутим.

Я пожал плечами и покрутил в руках пистолет. Да, это была все та же «беретта» – номер, который значится в моем удостоверении на право ношения оружия. Это был мой ствол.

Но он был совершенно новый! Даю голову на отсечение – это был не мой пистолет! Он еще хранил запах смазки. Любой военный сразу отличит оружие, уже побывавшее в руках и послужившее – пусть непродолжительное время, – от того, которое только что извлекли из ящика, где оно хранилось, завернутое в промасленную бумагу.

Я выщелкнул магазин с патронами, отвел затвор, осмотрел ствол на просвет, даже понюхал его. Из этого оружия никогда не стреляли – даже на испытательном стенде, как мне думается.

– Не понял, – помотал я головой. – Это… Это как, а?

– Не бери в голову, – посоветовал Славик, усаживаясь в кресло напротив моего стола и доставая сигареты. – будешь?

– Давай! – разрешил я себе соблазниться и с удовольствием затянулся «кэмелиной».

– А мой?

– Забудь о нем. Его уже нет в природе. – Славик сделал указательным пальцем левой руки вниз. – Вот он, твой.

– А стволы этих… ну, гостей-то?

– Их тоже нет. Тоже забудь. – жест повторился.

– А как же номер? – даже если вглядываться очень внимательно, признаков того, что номер перебивали, не было. Я повидал такое оружие, отнятое у боевиков, – с выдолбленными на затертом старом номере и перебитыми цифрами.

– Ну, это дело техники. – Славик развел руками. – Я же сказал, это не твои трудности.

Забудь.

– Ага, – с легкостью согласился я и положил пистолет в сейф, решив больше Дону его не отдавать: время суровое.

– Да, кстати, – Славик, очевидно, не желал ограничиваться одним сюрпризом и достал из кармана рубашки вчетверо сложенный стандартный лист. – это по поводу того вахлака, из-за которого вся каша заварилась. Если только тебя это интересует. – И протянул лист мне.

Я глянул на начальника охраны. Лицо спокойное, глаза лениво смотрят, не искрятся… Развернув бумажку, я прочитал: «Постановление о прекращении уголовного дела».

Далее сообщалось, что следователь такой-то, рассмотрев обстоятельства гибели М. И. Берковича, установил, что причиной гибели… тэ-тэ-тэ… тэ-тэ-тэ… Ну, что товарищ в темноте не разглядел, упал и смертельно ушибся. В общем, за отсутствием состава преступления…

Пару раз глотнув, я урегулировал химические реакции, внезапно вдруг ускорившиеся, и спросил, лениво так, не спеша:

– Сам, что ли, помер?

– Ага, сам, – подтвердил Славик и потер ладони, как это делал Дон.